— Их не хватит для атаки на столицу.

— Мы должны нанести символический удар, дать людям понять, что я жив и я все еще здесь, — продолжал гнуть свою линию Джамал. — И тогда верные мне подданные встанут на мою сторону.

Не факт, что даже если так произойдёт, этого окажется достаточно.

Тигры революции возникли не на пустом месте, и среди населения у них тоже найдется немало сторонников. Большинство же предпочтет остаться в стороне, дожидаясь развязки в безопасном месте, а потом попытается подстроиться под победителя. Это совсем не героическая стратегия, но она дает больше всего шансов на выживание.

Ширази попытался объяснить ему примерно то же самое, только другими словами.

Великая княгиня поймала мой взгляд, едва заметно кивнула и указала глазами на примыкающий к гостиной балкон. Даже человек с весьма скромными коммуникативными навыками понял бы, что это приглашение на разговор, так что я подхватил в баре бутылку минеральной воды и, минуя практически невесомые занавески из какого-то местного материала, вышел на огромную террасу с видом на море.

Великая княгиня присоединилась ко мне через минуту. Ее задержка объяснялась ядовитого цвета коктейлем в высоком бокале, который она держала в руке. На мой взгляд, это был не лучший момент для даже легкого алкогольного опьянения, но кто я такой, чтобы делать замечания младшим сестрам императора.

— Вот же упрямый придурок, — сказала принцесса, всматриваясь в синюю даль океана. — Почему люди просто не могут вести себя разумно и делать то, что правильно?

Это был риторический вопрос, который не требовал ответа, так что я оставил свое мнение при себе. Тем более, что подозревал, оно может не понравиться великой княгине. Джамал Пехлеви действительно был упрямым придурком, но в более широком смысле люди не делают то, что кажется правильным великой княгине потому, что у них есть свое понимание правильности, и оно зачастую может не совпадать с чужим.

— Но иногда нам приходится играть с теми картами, что уже выпали, — сказала она.

Только в том случае, если ты не можешь сжульничать.

— Нам надо уходить, — сказал я. До прибытия сил из столицы оставалось чуть больше часа.

— Ты же видишь, что происходит, — сказала она. — Еще немного, и нам придется тащить его силой. Этим двоим тяжело договориться.

— Плевать на них, — сказал я. — Нам надо уходить.

— Ты имеешь в виду, нам двоим? Тебе все еще кажется, что я нуждаюсь в спасении? Вижу, Гриша неплохо промыл тебе мозги.

Я покачал головой.

— Дело не в нем, — сказал я. — Ваш план обречен на провал, даже если наследник будет полностью с вами сотрудничать. Повстанцы…