— Ты кто?

— Ты же Двадцать Седьмой? — спросил он. — Я буду выглядеть последним идиотом, если это окажется не так.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — сказал я. Хочет выглядеть последним идиотом, пусть выглядит. Главное, чтобы он высунулся из-за колонны.

Она была каменной, больше метра в обхвате, и я сомневался, что со своей позиции смогу достать его прямым выстрелом, не истратив весь боезапас. С моей стороны это было бы не слишком дальновидно, учитывая, что ошивающиеся внизу еще четверо врагов могут подняться сюда в любой момент.

Они уже должны были заподозрить неладное.

— Ага, как же, — хмыкнул он. — Я Двести Первый. Но вообще я предпочитаю, чтобы меня называли Бен.

Двести Первый?

В это действительно было сложно поверить. Корпорация искала меня, но как они могли обнаружить меня здесь, на Хорезме, в обществе великой княгини и местного наследника, на вилле мелкого торговца, замышляющего обратный переворот? Еще пару часов назад я и сам не знал, что здесь окажусь.

Они следили за мной, вели меня все это время? Я бы, наверное, это заметил, но даже если и не заметил, то какого черта Двести Первый решил вмешаться именно сейчас?

Был еще вариант, в котором он прибыл сюда вместе со штурмовой группой «Ватанабэ», но, во-первых, это все равно ни черта не объясняло, а, во-вторых, такого просто не могло быть, потому что такого не может быть никогда.

Это противоречило бы базовой логике нашего мира.

«Ватанабэ» были конкурентами «Кэмпбелла». Нас натаскивали на то, чтобы противостоять «Ватанабэ», отстаивая наши корпоративные интересы. Мы постоянно проводили против них операции, которые включали в себя и силовые акции, мы, черт побери, воевали с ними всю свою жизнь, мы дрались с ними и погибали в этих драках.

Но здесь и сейчас…

Могли ли Кэмпбеллы объединиться с дзайбацу после того, как увидели судьбу «Си-Макса» и не захотели ее повторить? Могло ли наличие внешнего врага бросить две конкурирующие корпорации в объятия друг друга?

Теоретически, могли. Бизнес пойдет на все, чтобы минимизировать убытки, а война с империей грозила еще теми убытками.

Но неужели у корпораций все так плохо, что они даже стали смешивать штурмовые отряды?

И, в любом случае, причем тут я и почему он заявляет, что на моей стороне, если заявился сюда по другой причине и понятия не имел, что мы встретимся?

— У тебя, наверное, уже голова пухнет от попытки все это осмыслить, — предположил Бен. — У меня тоже, хотя и по несколько другим причинам. Слушай, я все тебе объясню, а потом мы поговорим и обсудим, как жить дальше, но отложим это на пару минут? Сначала нам надо разобраться с теми ребятами внизу. Уверен, что ты о них знаешь. Они вряд ли будут довольны нами обоими и могут помешать нашей родственной беседе.