— Что именно ты хочешь знать?

— Как это работает, — сказал он.

— Это когда сложная система, выстроенная в голове каждого мультипрофильного специалиста корпорации «Кэмпбелл» дает сбой.

— В голове и плече, насколько я понимаю, — заметил Гриша.

— В голове и плече, — согласился я. — Но, как бы это ни было устроено чисто технически, фраза «подумай плечом» даже в нашей среде так и не прижилась.

— Это всегда правая рука и правое плечо? — спросил он.

— Нет, перед нашей была создана партия как раз с функциональными левыми руками.

— И как она себя показала?

— Так же, насколько я могу судить. Никакой особой разницы.

— А если нет разницы, то нет и смысла изгаляться?

— Возможно, тебе стоит переадресовать этот вопрос в корпоративный отдел маркетинга, — сказал я.

— Возможно, когда-нибудь я так и сделаю, — сказал Гриша. — Так что там с Распадом?

— Со временем выстроенные в голове…

— И плече.

— … и плече связи рушатся, — сказал я. — Границы размываются, базовый профиль перестает быть таковым и становится всего лишь одним из, теряя контроль над ситуацией. Собственное «я» растворяется, а переключения между профилями происходят произвольно и спонтанноx. Щелк — ты пилот, щелк — ты стрелок, щелк — ты врач или бухгалтер или финансовый аналитик, ты начинаешь неправильно воспринимать любую ситуацию, можешь отреагировать неадекватно и, скорее всего, именно так и отреагируешь, и все это начинает происходить все быстрее и быстрее, и если тебя до этого еще не прикончили твои собственные неправильные решения, то спустя какое-то время мозг отказывает и наступает смерть.

— Печальная история, — сказал Гриша. — Насколько это опасно для окружающих?

— Зависит от ситуации, я полагаю, — сказал я. — А также от самих окружающих. Я бы сказал, что когда дело дойдет до Распада, лучше бы им меня не окружать.

— В каком возрасте это случается?

— Это больше зависит не от возраста, а от интенсивности использования дополнительных профилей. Разброс по времени может составлять десятки лет.

— То есть, чем больше ты пользуешься своими способностями, тем быстрее изнашивается вся система, — подытожил Гриша.

— Мы — расходуемый материал, — сказал я. — Долгая жизнь в проект изначально не закладывалась. Остальные риски так велики, что до Распада доживают считанные единицы.

— Но в итоге он ждет всех таких, как ты?

— Я могу говорить только о ранних моделях, — сказал я. — Возможно, в новых они что-то подправили. Джо Кэмпбелл сказал мне, что корпорации удалось решить эту проблему, но я вполне допускаю, что он мог и наврать.

— А ты не допускаешь, что он мог наврать в другом? — поинтересовался Гриша. — Ты сам хотя бы раз видел этот Распад?