Имперцы были ближе, поэтому ответили первыми, и Куприн предложил капитану грузовика связаться по закрытому узконаправленному каналу, исключающему возможность перехвата разговора со стороны. Вариантов не согласиться у капитана не было, так что эта часть переговоров осталась для меня за кадром.

Диспетчер Хорезма уже привычно предложил «Марго» убираться восвояси, на что его капитан резонно заметил, что эта планета является его конечным пунктом назначения, и если он здесь не разгрузится, то дешевле будет выкинуть все товары в открытый космос, чем тащить их обратно через половину сектора. Счет за издержки он обещал прислать актуальному правительству Хорезма, и тигры революции решили, что игнорировать торговые обязательства и иметь дело со страховщиками, которые так или иначе все равно эти деньги с них стрясут, они не готовы. После короткого совещания они выдали «Марго» разрешение на проход защитной сферы и посадку на планету.

К этому моменту Куприн уже договорился с капитаном грузовика, и наш катер отстыковался от крейсера. Траектория его полета была рассчитана с минимальными корректировками, чтобы частые включения двигателя не раскрыли наш маневр для наблюдателей с планеты, при этом я не видел, чтобы сержант подключался к управляющему кабелю и только следил за происходящим на мониторе.

Значит, этим маневром таки управлял нейропилот.

— Не нервничай, браток, — сказал Гриша, воспользовавшись индивидуальным каналом связи. — Подойдем на тихих лапах. Катер защищен самыми современными стелс-технологиями, так что у повстанцев нет никаких шансов нас разглядеть.

— Но точно мы об этом будем знать только после посадки, — сказал я.

От кротовой норы до планеты несколько часов лету. Меньше, если ты на космической яхте или крейсере, больше, если ты на неповоротливом грузовике, который вдобавок уже успел оттормозиться после прыжка. И все это время мы будем висеть в состоянии полной неопределенности.

Капитан «Марго» действовал в соответствии с полученными от Куприна инструкциями, так что уже через десять минут мы подошли к нему с невидимой с поверхности стороны и состыковались с одним из его универсальных шлюзов. Десант покинул катер, внешняя переборка закрылась, и следовавший заложенной в него программе нейропилот тут же отчалил, оставив нас на борту чужого корабля.

За внутренней дверью шлюза нас ждал скупо освещенный узкий проход и местный космонавт. У него был изрядно поношенный комбинезон (что неудивительно, потому что владельцы подобных судов стараются экономить на всем, и в первую очередь — на экипаже) и несколько испуганное выражение лица.