Когда последние дома Божедомки остались позади, со стороны входа в парк послышался смех подростков. Издалека Томе показалось, что ребята устроили небольшую вечеринку у парковки, однако, когда они с Ромой подошли ближе, оказалось, что весельем тут и не пахло.

Подростки окружили невысокую фигурку, снимали ее на телефон, тыкали пальцами и гоготали. Особенно старалась блондинка с розовыми прядями, в очках и с ушками на ободке. Она выходила вперед, кривлялась, материлась и все норовила пнуть ту несчастную, которая находилась в центре. Правда, потом девчонка резво отскакивала назад и, громко хихикая, пряталась за спинами друзей.

– Вам не стыдно?! – возмутился Рома, решительно вступив в шумный пестрый круг.

– Чего? – проблеял кто-то из подростков. – Да таких гнид давить надо!

Тома подошла поближе. Толпа окружила пожилую женщину, которую и сама Тома видела не раз. Если честно, девушка считала ее сумасшедшей. Бабулька, будто не замечая агрессивных недорослей, невозмутимо крошила хлеб на брусчатку. Обычно-то она мелко семенила по городу, окруженная голубиной стаей и облезлыми кошками, но сейчас крылатое и усатое зверье разбежалось. Видимо, испуганное зверьем человеческим.

– Это же шлак и биомусор, – давясь смехом, произнесла девица в ободке с ушками.

– Это не тебе судить, детка, – снисходительно сказал ей Роман. Потом жестко приказал: – Пошли вон отсюда!

– Воу-воу, полегче, бро! – выставил ладони один из подростков, одетый в модный безразмерный свитшот и кепку с прямым козырьком. – Все, уходим.

Парень махнул рукой, и ребята, продолжая хихикать, заковыляли вслед за ним прочь от парка. Что-то знакомое сквозило в этой ситуации.

Розововолосая девица на прощание скорчила отвратительную гримасу, и Тома рассмотрела ее получше: явное косоглазие, но очки модные и дорогие, зубы редкие и кривые, но на них надеты приличные брекеты. Да и одежда не из дешевых. Видимо, родители у девочки приличные люди, заботятся о ней. А она ведет себя как дикарка.

Бабуля, кстати, вообще будто не заметила происходящего, она продолжала улыбаться и отщипывать хлеб.

– Может, прогуляемся по парку? – предложил Рома, отдаляясь от странной бабушки.

– Разве туда уже можно входить? – спросила Тома, не горя желанием возвращаться в эти дебри.

– А почему нет? – ответил вопросом на вопрос Рома. Потом почесал затылок и улыбнулся: – А, ну да. Для меня-то это дело привычное. Мы просто за ленточки заходить не будем.

– Ладно, пошли, – нехотя согласилась Тома.

Вообще-то она лучше бы в каком-нибудь кафе посидела, потому что после грозы становилось зябко, да и встреча с местной детворой произвела гнетущее впечатление. Только вот единственное на всю округу кафе, то, что у парка, недавно закрылось из-за массовых отравлений.