— Спасибо, Дмитрий,— слишком нервно сказала сестра Сони, сунув в сумочку откуп.— Слушайте, можно вас попросить меня подвезти? Мама плохо себя чувствует. Мне надо срочно домой. Она позвонила, сказала, что у нее болит в груди. А теперь не берет трубку. Пожалуйста.
— Мы говорили о материальной помощи, я не...
— Это не только моя мать, между прочим. Интересно, как Соня отреагирует, если узнает, что вы ее родительнице отказались помочь? А вдруг случилось непоправимое... — голос Кати дрогнул.— Как вы жить то будете с этим? А Соня...?
— Садись в машину,— рявкнул я.— У меня очень мало времени.
Cофья Баранкина
— Соня, девочка, мне так плохо. Ты можешь приехать? Кате не дозвонюсь никак. Занята она, — голос мамы в телефоне звучит глухо и вымучено. — Ты прости меня, дочка. На пороге вечности начинаешь осознавать свои ошибки.
— Господи, мама, ну какие глупости,— мне ужасно страшно.— Конечно, я приеду. Только с малышкой, можно? Не с кем оставить Ликусю.
— Конечно, детка. Конечно. Это же твоя девочка. Мать ведь не та, кто родила... Только приезжай.
Я мечусь по квартире, раз за разом набирая номер моего любимого Великана. Слушаю долгие гудки, все больше и больше проваливаясь в отчаяние. Ну где же он? Никогда еще не было такого, чтобы Дима не ответил на мой звонок.
— Куся буа? — малышка смотрит удивленно.
— Да, Ликуся пойдет гулять,— улыбаюсь я через силу, на автомате натягивая на крошку ее любимый костюмчик и крошечные кеды на ножки. Моя девочка чувствует даже самое крохотное изменение в моем настроение. — Не бойся. Мы с тобой поедем на машине.
Я вызываю такси. Только бы успеть. Мама давно не звонила мне. Значит, действительно все плохо. Она ни за что не переступила бы через свои принципы, не будь в этом сильной нужды.
-Па, гу,— супит бровки моя малышка. Сейчас она очень похожа на своего отца. Который устроит мне головомойку за самовольство, к гадалке можно не ходить.
— Да уж,— выдыхаю я, подхватив на руки свое сокровище, ставшее очень тяжелым в последнее время.— Но деваться некуда.
Такси уже ждет у порога. Снова и снова тычу в экран телефона пальцем, пока мы едем. Лика сидит у меня на руках, радостно смотрит в окно.
А в мое сердце заползает отвратительный страх. Дмитрий давно должен бы мне перезвонить. Он никогда не расстается с мобильным больше чем на полчаса. А с тех пор, как однажды Ликуся перевернулась в ходунках и ударилась головой, он перестал отключать звук.
— Прибыли, мадам,— хмыкнул таксист, всю дорогу говорящий без умолку. Но я не слышала о чем. Да что там, не заметила даже пути, погруженная в свои мысли и заботы о малышке. Видимо, обиделся на меня парень. Я сунула ему в руки деньги. Даже не считая.