— Простите. Так вы поэтому девочку...
— Минутка экскурса в мое уныло прошлое закончена, — рявкнул Дмитрий, и с силой бросил вилку на стол. Она со звоном ударилась в край тарелки, отбив от нее кусочек золотистого фарфора. Жалко. Красивая посуда. Теперь выкинуть придется. Нельзя дома держать испорченную.
— Иногда все не то, чем кажется. Думаю ваша мама пожалела, о своем поступке. Вам стоит поговорить. Отпустить обиды.
— О, да. Конечно пожалела. Явилась денег клянчить. У меня и братец есть. Только вот я ненужный добился всего, а этот ее сыночка, которому она зад подтирает до сих пор... Я их послал в пеший тур. Не смогу простить. Никогда. Ненавижу. Бабка моя, она меня вытаскала, выходила, а я ... Знаешь, о чем она перед смертью вспомнила? Мне медсестра рассказала, я не навещал. Страшно было видеть единственную женщину, которой я был нужен, безумной. Она вспомнила, как лечила меня от пневмонии, после того, как эта кукушка на ступеньке бетонной оставила маленького Диму. Как я чуть не сдох задыхаясь. Что у меня жопа вся была синяя от уколов. Бабка рассказывала медсестре, как плакала, потому что колоть уже было некуда. А я... Я не видел и не слышал этого ее последнего проблеска сознания... И ты говоришь о прощении. Да пошла ты. Если мне будет нужен душевед, это будешь не ты. Я куплю себе дорогого целителя израненных сердец. Из швейцарии выпишу. Не лезь, поняла. Сама то со своей семейкой не разберешься, а пытаешься копаться в моей. И пышки твои фуфло.
Он отбросил стул и выбежал из кухни. Я осталась сидеть за столом. Аппетит пропал напрочь. Эгоист? Нет. Этот человек сломанный весь. Он просто прячется за маской хама и себялюба. А сам несчастнее многих.
Глава 10-2
Глава 10
Дмитрий Воронцов
Врать себе очень легко. Главное понять алгоритм. А дальше все идет как по маслу. Можно просто блокировать воспоминания, а можно заместить их любовью к себе. И у меня это неплохо выходило, пока мелкая курица не натоптала в ней своими грязными копытцами, да сопливая девчонка не навоняла младенческими неожиданностями. Я очень давно никого не подпускал так близко к запертой навсегда дверце, за которой оставил свое болезненное прошлое. А тут... Видимо просто расслабился. Скорее бы уже закончились эти мерзкие праздники. Терпеть не могу выслушивать счастливые поздравления от незнакомых мне людей. Ненавижу смотреть на дебильные улыбки, предвкушающих счастье в новом году, сотрудников. Они все пойдут домой после работы, а там...
— Простите. Мне не стоило лезть к вам с советами,— тихий голос Курочки, прозвучал словно взрыв петарды. Неожиданно, громко и пугающе. И легкая рука на моем плече, показалась тяжелой, как кусок мрамора, придавивший к дивану. — Дмитрий. Я правда не хотела...