— Но вот же! Вот! Коротко, изящно, интересно!

— О, боги! Но они же чуть повзрослее, — засмеялась Мамочка.

Близнецы обняли ее разом, совсем как в детстве, (просто счастье, что хоть в этом-то мир не меняется, пусть каждый раз и заново удивляешься собственному подправившемуся росту).

Выглядела слегка потерявшаяся Мамочка празднично. Собственно, весь экипаж «Квадро» был великолепен. Ну, Лотта и Белка всегда такие, а тут и братец Жо приоделся.

Дики почувствовала себя черствой и недогадливой. А ведь Мама намекала. Надо было хоть сережки в уши вдеть. С другой стороны — служба, ее никто не отменял, только на рассвете с вахты сменились. И вон — младшие катамаранные парни тоже не особо нарядны. В смысле, видимо, с утра были очень праздничные, но остров, песок и пальмы малость повлияли.

Мамочка обняла егершу и слегка встревожилась:

— А где Кэт? Ничего не случилось?

— Она в полном порядке, — заверил Рич. — Но ночью тетя Блоод должна навестить «Козу» с почтой и прочим. Так что Кэт маму подождет.

— Надеюсь, нас они не забудут, — сказала Мамочка и, наконец, прямо взглянула на свою Леди.

— Что стоим-то⁈ — встревожилась Рата. — Мидии готовы, вещи хватайте и пойдем, перекусим.

Встречающие разобрали немногочисленный багаж гостей. Младший состав, поднатужившись, поволок корзину, Дики на всякий случай вынула оттуда хрупкий горшок с вишневым вареньем.

— Как служится на учено-боевом корабле? Как дирижобль? — немедля поинтересовалась Лотта, следящая за всякими техническими новинками и прогрессивными военно-морскими совершенствованиями.

— Служится напряженно, но с пользой, — по порядку начала отвечать опытная посыльная-дневальная. — Временами тяжеловато. Но другого мы и не ждали. Дирижабль… ого, это аппарат! Вам непременно нужно хоть разок попробовать.

— У нас только Белка летала. Она избранная и любимица пилотов, — пояснил Жо.

— Укс истинный философ и очень меня жалеет, — улыбнулась Рата-Белка.

Улыбка у некромантки была по-прежнему обалденная, увидишь — сердце так и тает. Вот насчет постоянного общения с мертвыми Дики думала довольно часто, но так и не пришла к окончательному выводу. Нет, профессия, конечно, невеселая и местами жутковатая. Но ведь столько тайн открывается, и знание дает почти безграничное. Да вот и сама Белка — молодая, симпатичная, саги сочиняет с таким чувством юмора и увлекательностью, что ими половина цивилизованного грамотного мира зачитывается. Хотя Мама ее тоже жалеет, пусть частенько и поругивает за «фривольность слога»…

Мама и Мамочка остались сзади. Наверное, немножко посидят на берегу без мидий и шума-гама. Можно понять.