Бравые парни, идущие к славной смерти.

Или, если быть реалистом, обычные парни, зажатые в тиски обстоятельств, из которых не было другого выхода.

Моя проблема состояла в том, что пространство между мной и червоточиной кишело имперцами, и их было слишком много, чтобы я поубивал всех, не опираясь на способности Сэма. Я неплохой стрелок, но Бог, как известно, на стороне больших батальонов, и даже если Филипп попытается прикрыть меня огнем, пробиться к рядом защитников я не смогу.

Мы залегли на берегу, мокрые и грязные, практически незаметные уже с двух метров, и я лихорадочно искал выход.

«А чего тут думать? Тут цинты, с той стороны вообще неизвестно, что, идеальная же ситуация. Я вообще удивлен, почему ты еще не бежишь туда сломя голову».

— Что это такое? — шепотом спросил Филипп.

— Пространственная аномалия, — сказал я, не вдаваясь в подробности. Если он начнет спрашивать, какого черта силы Анклава ее обороняют, не считаясь с потерями, вместо того чтобы просто отступить на заранее подготовленные позиции, скажу ему, что не знаю. Возможно, их подготовленные позиции находятся как раз внутри этой чертовой аномалии.

Кто знает, о чем они там договорились с ребятами Той Стороны.

Но Филипп больше ни о чем не спросил. Мне кажется, в этот момент он переживал какой-то экзистенциальный кризис, и ему было не до того.

Стоило дождю немного стихнуть, как вдалеке раздался грохот пушечного выстрела, и снаряд расцвел взрывом всего в паре десятков метров от линии обороны Анклава. За этим выстрелом последовали еще и еще, среди них были и куда более точные. Похоже, по высохшему руслу реки накатывала очередная волна имперской атаки.

Скорее всего, это уже последняя, потому что я не видел, чем канадцы будут от нее отбиваться.

Берег реки, на котором мы лежали, наполнился хлюпаньем глины, лязганьем железа и шелестом плащей. В то время, как основная сила атаковала в лоб, эти решили занять фланги.

Если главной целью этой операции была червоточина, то Анклав эту битву уже проиграл. Полагаю, раз они удерживали это место годами, вокруг было построено несколько линий эшелонированной обороны, но цинты, наводнившие эту местность, уже прошли их все. Мы с Филиппом каким-то чудом проскочили между их отрядами, и теперь оказались в окружении имперцев, готовящихся к решительному штурму.

Драться Анклаву было нечем, а маневрировать он не мог. Военные части могли отойти, и, возможно, кто-то даже успел это сделать, но червоточину на вездеход не погрузишь и с собой не увезешь, так что в ближайшие часы контроль над проходом между мирами должен был отойти к империи.