* * *
Высота полёта и широта морской глади скрадывают размеры корабля — осёдлый серый силуэт, широкая извилистая кильватерная пена. Больше всего дымит и парит на корме, в районе ангара — там ещё продолжает что-то медленно гореть, чадя чёрно-белым, набегающий ветер вяло сносит всё в сторону.
Ту-95 проходят в стороне для лучшего ракурса фотообъективов, потому как снимать есть что!
Переговоры по внутренней, бортовой связи ведущей машины:
— Слышь, а досталась мужикам…
— Говорят, они авианосец замочили.
— Да ладно!
— Бля буду.
— А чего это он «Пётр Великий»? Царизм налицо.
— Брось! У нас в приморье залив Петра Великого. Наши это… видел — флажок трепыхался…
— Хрен в этот бинокль разберёшь…
— А чего Митяй-то притих? Эй, радист, твою! Оглох?
— Погодь, погодь! — Через полминуты: — Мне тут их старпом байки травит.
— Чего?
— Да пару анекдотов… по-моему, уже когда-то слышал. Но вот такенскую хохму-переделку выдал про «наша Таня громко плачет», обхохочешься…[27]
— А ну прекратить трёп, — голос командира, — ты там ничего лишнего не сболтнул?
— Я токмо слушаю. Что я, не в курсах? — Радист имел в виду замполита эскадрильи, которого навязали в полёт в качестве штурмана на ведомом Ту-95РЦ. Там же разместили пассажиром офицера контрразведки флота.
Голос второго пилота:
— Ё-моё! Да у них война в натуре!
Проходили с траверса — крейсер вытянут во всей красе, правым бортом, судя по кильватеру — рулит вправо.
С носа и полуюта в сизых клубах одна за другой мечутся искорки — залпы реактивных бомбомётов, унося результат из поля зрения.
Вдруг в паре сотен метров за кормой крейсера вспухает подводный взрыв, выбрасывая впечатляющие клочья воды (воздушные наблюдатели не знают, но это отработал своё буксируемый шумогенератор).
И совершенно неожиданный последовательный тройной старт ракет из-под борта, загнувших кривую траекторию куда-то назад. Эдакая серьёзненькая хрень!
Там, у хвостового стрелка тоже есть фотоаппарат — может, удастся что-либо заснять.
В наушниках голос бортрадиста:
— Получен приказ покинуть район!
И крик второго пилота:
— Мать твою! Да в него попали!
— Охренеть! Торпедой?
В районе полубака крейсера, из-под правого борта взметнулась высоченная разлапистая груда пенной грязно-коричневой воды, разбрасываясь в стороны.
Оседая, эти тонны обрушиваются на архитектуру надстроек, накрывая, заливая палубы.
Крейсер продолжает двигаться вперед, оставляя позади эпицентр взрыва, кипящий пузырьками, разбегающиеся по поверхности круги. Стопорит ход, продолжая скользить по инерции. Нигде не полыхнуло, не было заметно каких-либо особых повреждений. Начинает заметно крениться с дифферентом на нос. Вокруг корабля расползается тёмное пятно, словно чёрная венозная кровь смертельно раненного.