Однако «фантомы» разбились на пары и прошли с обоих бортов, по дистанции и высоте равнозначно — около пятисот метров. Затем две машины заложили разворот, вернулись и прошли впритирочку. Ревели нехило. При этом намеренно легли на крыло, показывая полные подвески. Заодно знаки и надписи на крыльях.
— «Юс нэви», — подтвердил штурман.
Другая пара, взмыв тысячи на четыре, блеснув крыльями, заложила большой разворот.
Затем палубники опять собрались в «четвёрку» и снова строем пеленга зашли уже с курсовых углов корабля, теперь включив бортовые радиолокационные прицелы. О чём сразу же доложил пост радиоэлектронного слежения. Это уже была откровенная провокация.
Старпом в немом вопросе посмотрел на командира.
— «Постучите» по ним «эрэлэской» «Кортика», — медленно проговорил Терентьев командиру БЧ-2.
В ответ один из «фантомов» отделился от группы, угрожающе ложась на боевой курс, с нулевым параметром (то есть строго с носа), продолжая облучать системой наведения.
— Взять на сопровождение. Готовность номер один.
И через секунды:
— Цель? — Командир адресовал вопрос непосредственно командиру БЧ-2.
— На постоянном сопровождении. Ведём, — отчитался тот как бы неуверенно. И уже более весомо подчеркнул: — Данные выработаны.
«Одиночка» ещё больше снизился, сокращая дистанцию. Уже хорошо было видно и без оптики. Небольшой излом крыльев вверх и увесистые чушки подвески пробуждали недавнюю память предков, чем-то напоминая Ю-87. Почти «лаптёжник».
Это было пологое пике. Дистанция стремительно подходила к границе применения зенитных ракет[7] .
— Он доиграется, — сквозь сжатые челюсти прошипел Скопин.
До цели уже чуть больше тысячи метров. И тут все увидели, что от самолёта отделилась чёрная точка.
Понеслось! Командир незамедлительно отдал команду на открытие огня. Завизжали две носовые спарки АК-630, за пять секунд суммарно выпустив полторы тысячи снарядов, с одновременным захватом на сопровождение цели номер два.
Ещё три секунды — достают малоразмерку-ракету, слетевшую с пилона «Фантома», но ох как! Фактически на критической, полукилометровой дистанции.
У F-4 срезало полкрыла, затем излохмаченная хвостовая часть вспыхнула, машина закувыркалась, теряя куски, рухнула в воду. Пилоты катапультироваться не успели.
Параллельно шёл доклад по «осиротевшей тройке» — от тех не укрылась катастрофа. Они разделились. Двое нарастили потолок, почти скрылись в синеве неба. Одинокий самолёт кружил ниже, в этот раз вырубив боевые системы, осторожно и выверенно воздерживаясь от курсовых направлений на корабль.
— Фиксируем интенсивный радиообмен, — не преминула донести служба радиоперехвата.