— Я сказал, что проще всего взять в заложники мудрецов, — скорее ради формальности напомнил Дэмин, давно решивший для себя, что предпочитает прогулку с любимой девушкой быстрому скрытному перемещению.

— И что пар-оольцы приведут нас в следующий лагерь, — подхватила Кьяра. — И что по времени разницы нет, ведь без пар-оольцев мы не проникнем в их логово и не узнаем, когда можно возвращаться во дворец. И что у них могут быть почтовые окна, через которые им дадут приказ перемещаться. Я одного не пойму: почему они не пытаются обнаружить нас магически?

— Они пробовали — и нашли наши тела, — усмехнулся Дэмин, приближаясь к девушке. — И видишь вон тех шестерых марионеток? Они все время следят за пустыней. Но слишком доверяют своим поисковым заговорам.

— Вы нас скрываете? — радостно уточнила Кьяра, послушно переплетая свои пальцы с его. — Подождите. Тела?

— Ты задохнулась под песком, а я был поражен одним из спинелевых зарядов, а после — красочно разорвавшим мою грудь заговором, — сокрушенно покачал головой Дэмин, гладя спутанные волосы своей спутницы, от чего Кьяра зажмурилась, как кошка. — Чудовищное зрелище.

— Кровавый и печальный конец великого и ужасного лекаря Дэмина Лоани, перед которым трепетала вся Империя, и последней дочери красного герцога, перед которой никто особо не трепетал, — серьезно кивнула Кьяра, а в ее желтых глазах блестел смех. — Достойно трагических легенд. Мы вполне могли бы попасть в песни. Вы — за самоотверженную храбрость, я — как прекрасная дама при герое. Кстати, это было бы обидно.

— Ты умерла с мечом в руках, — заверил ее Дэмин, целуя согретые солнцем щеки. — И это был меч кого-то из пар-оольцев. Вот насколько ты великолепна, воительница степей.

— Так уже лучше, — прыснула Кьяра. — И все же под песком… Могли бы придумать что-то более героическое, раз уж создавали иллюзию.

— Какое тщеславие, — продолжил ее целовать Дэмин, не уточняя, что создал иллюзию не на пустом месте, и что якорем для нее стал задохнувшийся под песком пар-оолец. Кьяре не нужно было об этом знать: что бы девушка ни думала о себе как о воине, она ни разу никого не убила и боялась, что стала причиной смерти даже врага, в которого случайно попала копьем.

— Я все-таки дочь Теренера, — пожала плечами Кьяра, нежно касаясь носом подбородка мужчины. — Мы такие. Нам подавай славную смерть в бою. — Увидев, что Дэмин чуть отодвинулся, и безошибочно поняв, почему он нахмурился, она спешно добавила: — Знаю, вы ненавидели моего дядю, но он лишь один из Теренеров. В моей семье есть и хорошие качества, которыми я горжусь. Мы верные. И считаем честь превыше всего остального. Никогда не прощаем обидчиков и мстим за своих близких, что бы ни случилось. И да, не хотим умирать как безымянные.