— Отойди, ты мешаешь Йолане.
— Ч-что происходит? — прошептала Лиамея, уже все понимая, но отказываясь принимать. — Он умирает?
— Ты дала ему воду? — Олтар дождался, пока Лиамея кивнула, что-то вполголоса сказал Йолане, а затем снова обратился к наложнице: — Встань у окна.
На негнущихся ногах Лиамея поднялась и, заставляя себя не оборачиваться на кряхтение метущегося по постели императора, подошла к тяжелой занавеске, взялась за массивную шелковую кисть рукой и сжала до боли. Вглядываясь в беспросветную ночную мглу, наложница слышала, как с шелестом по полу мазнуло платье Йоланы, и как целительница присела на скрипнувшую кровать.
22. Дэмин и Кьяра
Неугомонной Кьяре гонка была только в радость. Девчонка с удовольствием неслась вперед, погрязая туфлями в песке, с детским азартом пряталась за барханами, будто не было над ней скрывающих заговоров, и щурилась, глядя на тяжелое, съедающее остатки пар-оольской армии солнце.
Она была удивительно красива в золотом закатном свете, свободная, как ветер, счастливая моментом, как птица. Дэмин, поначалу собиравшийся создать что-то вроде плывущего по воздуху паланкина, быстро отбросил эту идею. Кьяру комфорт интересовал мало, ей было приятно двигаться, и волна ее энтузиазма захватывала и Дэмина. Он шел чуть позади нее, выслеживающей пар-оольцев, и с улыбкой любовался вьющимися на ветру распущенными рыжими волосами, все время выбивавшимися из-под платка.
Кьяра походила на огненный пустынный цветок, на прекрасного песчаного духа. Ладони девушки были восхитительно прохладными, но плечи дышали жаром, когда мужчина нагонял ее, чтобы заключить в объятия. Кьяра жалась к нему, смеялась, а потом выворачивалась, стремясь скорее продолжить путь.
Она ни о чем его не спрашивала и ничего не просила. Дэмин был готов к тому, что девушка потребует вылечить ее, но Кьяра будто и вовсе об этом забыла.
«Ты же понимал, что так и будет, — шептал ему внутренний голос. — После спасения она доверяет тебе еще больше. Как и любой, кому на грани смерти благодетель протянул руку помощи. Ты проделывал такое десятки раз».
Сейчас смотреть на нее сквозь призму привычного интереса к движениям человеческой души было невозможно и неправильно.
«Я люблю ее».
— У них привал! — крикнула Кьяра, отмахиваясь от назойливо лезущих в глаза прядей. — Так что у нас тоже!
— Согласен, — кивнул ей Дэмин. — Я уж думал, ты бросишься их обходить.
— Вы намекаете, что я слишком увлеклась погоней? — наморщила нос Кьяра. Озорная улыбка невероятно ей шла. — Сами сказали же. Нам нужно внимательно следить, чтобы не пропустить момента.