Румянец очень ей шел. Она нервно кусала ногти, задумчиво отправляя в рот один палец за другим — тошнотворный, не достойный леди жест.

— С каких пор ты грызешь ногти?

Она не ответила, но прекратила.

— Вы не думаете, что лучше договориться с Дэмином, чем пытаться убить его? — вдруг напрямую спросила девушка.

— Нет, — не стал ее переубеждать Олтар.

— Он вас раскусит.

— Думаю, он уже раскусил. Но это ничего не меняет. Пока ты в моих руках, великий лекарь будет меня слушаться.

— Почему вам не договориться с ним? Так ненавидите его? Вы же столько времени провели здесь вместе!

Олтар сел на подоконник рядом с Кьярой — та нервно отодвинулась к стене и облокотилась на нее спиной, — и задумался.

Весь этот вечер, предшествующий триумфу момент, казался похожим на сон. Сейчас, в тишине, прерываемой лишь треском пламени, в тепле нагретых камином покоев, в компании такой искренней в своей неприязни девушки, обреченной на погибель, Олтар вдруг понял, что давно не испытывал такого покоя — и смутной грусти.

Ему хотелось помочь Кьяре хоть чем-то. И он решил придать ее судьбе смысл — благородный жест, который заслужила последняя дочь Теренера, никому не причинившая зла. Всего мгновение сострадания, одно из немногих за его долгую жизнь.

Олтар снял с себя серебряный слепок и протянул девушке на раскрытой ладони.

— Это что?

— Амулет, который позволяет мне ощущать ложь, как ты уже догадалась.

Он не стал рассказывать удивленно взявшей слепок Кьяре, что артефакт достаточно легко обмануть, если знать его специфику, а вместо этого показал, как тот работает:

— Меня зовут Олтар. Меня зовут Имессаи.

Девушка от неожиданности даже подпрыгнула, когда амулет защекотал ее ладонь, а потом улыбнулась:

— Вы мне его дарите?

— Нет, — покачал головой Олтар. — Хочу, чтобы ты послушала, чтобы ты держалась за него, пока я буду рассказывать.

— Вы знаете, что с моим отцом? — выпалила девушка, крепко сжимая кулак.

— Он жив, но ранен. Как и остальные герцоги, Сфатион будет здесь завтра во время коронации.

Девушка резко выдохнула, прикрыв глаза.

— Спасибо.

— Кьяра, Дэмин Лоани — твой враг. — Олтар подождал, пока девушка поняла, что амулет не дрожит в ее руке и подняла на него широко распахнутые глаза, и продолжил: — Он прибыл сюда сорок пять лет назад, сразу после того, как его родные земли и семья были уничтожены герцогом Сфатионом Теренером.

— Знаю, — чуть расслабилась Кьяра.

— Не все знаешь. Дэмин потерял в той резне двух младших сестер и мать-простачку, потерял свою лабораторию, земли, безымянных, все, чем жил до того. Его двоюродный брат, владыка Пурпурных земель Вэй Лоани, посчитал, что в атаке виноваты жители Рень-Ци, и заключил перемирие, которое Дэмина не устроило. Ситуация была спорной: жители Рень-Ци действительно удерживали и угрожали судить и казнить красных воинов, а Сфатион Теренер действительно требовал, чтобы их вернули, иначе он сотрет город с лица земли. Вот только те красные не были невинными овечками — они грабили окрестности Рень-Ци несколько дней и насиловали женщин, в том числе одну из сестер великого лекаря. Так что его можно было понять. Однако вместо того, чтобы свергнуть брата и начать войну с Красными землями, он приехал сюда.