Следом за триумфом наших одиночниц настало время парного разряда, где американцы и канадцы всё ещё отчаянно рассчитывали нанести нам сокрушительный ответный удар. Но на лёд Давоса под настороженный, напряжённый гул трибун уверенно выкатились Людмила Белоусова и Олег Протопопов. Зал замер в ожидании.

Едва над притихшей швейцарской ареной мощно, стремительно и хрустально взлетели первые, легендарные аккорды Симфонии № 40 Вольфганга Амадея Моцарта, пара синхронно сорвалась с места, с первых же секунд развивая ураганную скорость рёберного хода.

Первым коронным элементом шла наша уникальная поддержка «лунная дорожка». Олег мощным, ювелирным движением поднял партнёршу над головой, удерживая Людмилу на вытянутых руках строго горизонтально льду, и начал медленно, плавно поворачивать её вокруг своей оси на полной скорости хода. Белоусова вытянулась в безупречную струну, словно невесомо паря в пространстве альпийского стадиона и полностью преодолев законы земного притяжения.

— Эти русские… они что, вообще напрочь забыли про законы земной гравитации? — испуганно прошептал канадский фигурист у бортика, судорожно сжимая пальцами барьер.

— Это же колоссальный, безумный риск! — потрясённо добавила его партнёрша. — Одно неверное движение ребра — и они оба полетят на лёд!

Но ребята двигались без единого сомнения. Прямо перед ложей американского арбитра они зашли на параллельный каскад и выдали то, от чего судейская коллегия ИСУ в полном составе схватилась за сердце — сложнейший синхронный параллельный прыжок! Олег и Людмила одновременно, зеркально взлетели в воздух в разных концах площадки, пулей скрутили по два идеальных оборота и абсолютно синхронно, до сотой доли секунды, приземлились на ход назад. Лезвия их коньков коснулись льда с хрустальным единым звуком.

— Два сложных прыжка?! Одновременно, параллельно и с такой идеальной зеркальностью?! — восхищённо воскликнул итальянский судья, едва не выронив свои официальные протоколы. — Я за всю свою судейскую жизнь такого чуда ещё не видел!

— Они рассчитали траекторию и момент толчка с точностью до миллисекунды, — заворожённо добавил немецкий арбитр, спешно внося пометки в блокнот.

Добило притихший Давос их заключительное совместное вращение «двойной винт». Намертво держась за руки, ребята закрутились с невероятной, бешеной скоростью, синхронно и в полный унисон меняя три сложные анатомические позиции, словно единый, вогнанный в лёд стальной волчок.

— Как… как они умудряются ни на миллиметр не потерять друг друга на такой бешеной скорости? — в полнейшем шоке прошептала американская фигуристка, не сводя глаз с советской пары. — Это же не просто техника. Это какое-то абсолютное, фантастическое доверие друг другу!