Благодаря безграничным административным возможностям и личной поддержке Василия Сталина, в строжайшей тайне на ведомственной студии нам удалось записать более тридцати различных музыкальных произведений будущего. Где именно Василий умудрялся разыскивать и брать на пробы уникальных исполнителей, я даже не представлял. Но факт оставался фактом: подобрать чистые, сильные голоса для безупречного исполнения песен на английском и французском языках ему всё-таки удалось. И исключительно благодаря этой закрытой, ювелирной работе всё получилось на самом высшем, планетарном уровне.
Пока накатавшие программы пары и одиночники один за другим демонстрировали на льду Марьиной Рощи то, что нам совместными усилиями удалось сотворить за этот безумный месяц, я с огромным, искренним удовольствием наблюдал за лицами их бывших наставников. Было безумно интересно видеть, как по мере продолжения номеров стремительно меняется выражение глаз маститых советских мэтров. Разочарованных или недовольных на трибунах не осталось вовсе. Этому колоссально способствовали и космическая для пятьдесят второго года музыка, и роскошные, расшитые стеклярусом костюмы, и, самое главное, коренное изменение отношения самих участников к процессу. Было отчётливо видно: ребята выкатываются на лёд с огромным, пьянящим удовольствием, получая от этого ледового полёта ничуть не меньше наслаждения, чем замершие зрители. А зрителей на этом строго закрытом показе, несмотря на всю секретность, собралось прилично — человек пятьдесят, не меньше. Весь столичный генералитет и высшее спортивное руководство. При этом всё действо у бортика непрерывно фиксировалось на профессиональные кинокамеры.
Увиденное ледовое шоу привело в полнейший, благоговейный восторг абсолютно всех присутствующих. Не знаю, будет ли эта секретная плёнка в итоге показана в широком прокате в советских кинотеатрах, но то, что по Москве и кулуарам Спорткомитета уже сегодня вечером поползут самые невероятные, фантастические слухи — это было стопроцентным фактом.
И вот, наконец, наступил долгожданный заключительный аккорд. Под величественный, торжественный и пронзительный аккомпанемент композиции «Грандиозо» Эдвина Мартона на лёд одновременно вышли абсолютно все участники нашей обновлённой сборной. Это было то самое масштабное групповое синхронное катание, которое мы яростно, до седьмого пота репетировали последние десять дней. Конечно, идеальной, стопроцентной синхронности движений в силу нехватки времени мы пока ещё объективно не добились, но итоговый результат уже сейчас определённо стоил того, чтобы с гордостью показать его миру. Вначале все фигуристы дружно, как один монолитный организм, сорвались со стартовой линии в едином летящем движении, затем музыкальный темп взорвался, и каждый спортсмен по очереди выдал в центре площадки лучшее, что сумел освоить за этот месяц — каскады прыжков, поддержки, волчки. А финальная концовка снова закрутилась в едином, мощном и ликующем порыве.