– Господин, – поклонился ему Делек.

– Здравствуй, – Гердар улыбнулся, силясь быть приветливым. – Мне нужна комната на одну ночь, можно с одной кроватью, мне все равно не спится.Моя дочь в карете, так вышло, что она пострадала во время пожара. Вы же сможете позвать лучшего лекаря?

– Конечно, господин. Вы сами перенесете девочку?.. – это был единственный вопрос, который задал Делек. Умный парень. Далеко пойдет.

– Да.

Им отвели хорошую комнату на последнем этаже здания, на углу, откуда днем были даже видны река и мост – шикарный вид. Лекарь пришел быстро и тщательно осмотрел девочку. Угрозы жизни не было, однако минимум месяц ей придется провести в постели, сказал он. Целитель покрыл ее раны густой пахучей мазью и забинтовал почти все тело. Тут же обнаружилось, что у девочки начисто раздроблена кисть правой руки.

– Господин Гердар, боюсь, наши лекари ничего не смогут сделать, – осторожно сказал старик в алом колпаке, стараясь не смотреть на клиента. – Вернуть подвижность мы сможем, однако этой рукой ничего, кроме, возможно, ложки девочка держать не сможет.

– А вторая рука? – обеспокоенно спросил купец. Это была не его дочь, но за короткую поездку в карете он немного привязался к бедняжке.

– Со второй рукой все в порядке, господин Гердар.

– Хорошо. Подождем, пока кожа придет в порядок, тогда и подумаем, кому бы еще ее показать.

– Как прикажете, – лекарь оставил на столике банку с мазью и большой флакон из багрового непрозрачного стекла. – По ложке три раза в день. Повязку же надо менять хотя бы каждое утро.

– Спасибо, – кивнул Гердар и дал тому семь золотых кругляшей, то есть на две монеты больше, чем требовалось.

Лекарь куснул одну, затем с улыбкой спрятал все в карман и вышел.

Янтарина пришла в себя на рассвете. Она смутно ощутила запах лекарской мази, а холщовые бинты, вымоченные в медовой настойке, больно терли то, что осталось от ее кожи, при каждой попытке пошевелиться.

До нее дошло, что она лежит на мягкой кровати под тонким покрывалом, а беленый потолок над головой окончательно убедил ее в том, что она находится в каком-то помещении. Ее мутило, голова кружилась, но она все равно попыталась встать. Все ее существо охватил страх. «Догнали», – думала принцесса.

Встать не получилось, вместо этого каждый ожог, каждый порез отозвался оглушающей болью. Она застонала, но голос запутался в хрипе пересохшего горла, и звук получился рокочущий и сиплый.

Мужчина, которого девочка было не заметила, зашевелился на стуле. Внешности он был приятной. Темные ухоженные волосы были коротко острижены, на лице – никаких следов растительности. Бледная кожа слегка отдавала желтым, но это его совсем не портило, а слегка раскосые глаза обрамляли густые пучки черных ресниц. На узком носу сидели маленькие очки для чтения, а на коленях лежала книга. Судя по мятой одежде, он провел на стуле всю ночь.