Заголовок на первой полосе был жирным, кричащим. Таким, что бросался в глаза с расстояния в несколько шагов, таким, что заставлял прохожих останавливаться у газетных киосков.
«СКАНДАЛ В МИНЗДРАВЕ: Родственные связи против гильдийской этики».
Под заголовком — фотография. Лесков-младший, снятый вчера в коридоре больницы. Лицо напряжённое, глаза злые. Неудачный ракурс, неудачное освещение. Идеальный снимок для скандальной статьи.
Я развернул газету, пробежал глазами текст.
Цитаты — мои цитаты с прошлого этапа. «Пациент — не шахматная фигура», «Мне плевать на ваши связи», «Медицина — не место для кумовства». Всё, что я говорил, всё, что журналисты записывали на свои диктофоны.
Описание провала Лескова в палате — подробное, с деталями. Как он улыбался и держал пациента за руку, пока тот задыхался. Как я предсказал потерю сознания за три минуты. Как пациент действительно упал, а Лесков метался по палате, не зная, что делать.
И намёки. Много намёков. На коррупцию, на кумовство, на «гнилую систему, которая продвигает бездарей по протекции и душит талантливых специалистов».
Рыжая журналистка. Та самая, с лисьим личиком и острыми глазами. Она сделала свою работу. И сделала её хорошо.
Глава 15
— Ну, пошумят газетчики и забудут, — я вернул газету Журавлёву. — Скандал на один день. Завтра будет новый повод для заголовков, послезавтра об этом никто не вспомнит. Это ведь ничего не меняет по сути. Лесков всё равно в финале. Его дядя…
— Ошибаетесь, — Журавлёв улыбнулся. Широко, от уха до уха. — Ошибаетесь, Илья Григорьевич. Полчаса назад мне звонили из Столичной Гильдии. Хотели предупредить. По-дружески, так сказать.
Он огляделся, убедился, что поблизости никого нет, и наклонился ко мне, понизив голос почти до шёпота.
— Император прочитал утреннюю прессу за кофе. Его Величество — большой любитель начинать день с газет, это все знают. И эта статья… — он постучал пальцем по заголовку, — эта статья его очень расстроила.
Пауза.
— Его Величество очень не любит, когда тень падает на его реформы. А здравоохранение — одна из его любимых реформ. Он лично курирует преобразования в этой сфере и следит за результатами. И когда в газете пишут про «кумовство» и «коррупцию» в Гильдии Целителей.
Журавлёв выпрямился.
— Лескова-старшего сняли. Сегодня утром. С формулировкой «утрата доверия». Указ подписан час назад.
Я молча смотрел на него. Цель была достигнута. Изначально, я сомневался о том, что Император читает газеты. Но мой расчет оказался верен, либо он, либо Филипп Самуилович Гольдман должны были узнать о конфликте из прессы.