Мы взлетели. Нет, это было некрасиво, и даже произошло не сразу. Скат, к счастью, и в самом деле имел изрядный запас прочности, потому как после первых двух взлетов я ронял его обратно на камни ущелья, сперва кормой, потом и вовсе крылом. Ян морщился, еще больше бледнел, и вымученно улыбался. Он рассказал мне всё, что мог. Если бы одними словами можно было научить летать — я был бы уже профессиональным пилотом, однозначно. Однако, с третьей попытки мы все же взлетели, и не упали вниз.

Развернуть ската, и медленно направить его к выходу из ущелья оказалось задачей намного более простой. Я вдруг интуитивно начал понимать, как работает и как отзывается под моими руками панель. Ощущения от управления летящим и послушным тебе транспортным средством были… волшебными. Я даже на время забыл про боль в спине. Скат медленно выплыл из ущелья, и я вопросительно взглянул на Яна. Куда нам вообще?

— Мда… Непросто. Я… попробую сам ориентироваться. Ты можешь меня подтянуть повыше? Мне нужно видеть местность перед нами.

— Так вы ориентируетесь по местности?

— Нууу… Не совсем. Я не могу тебе сказать, понимаешь?

— Ну и как мы тогда полетим? Куда? И главное — что будет с нами, если ты вдруг вырубишься? Выглядишь ты не очень.

В этом я был прав — выглядел раненый пилот и в самом деле не очень. Думаю, он и сам это прекрасно понимал. Бледность его лица достигла совсем уж запредельной степени. Я подтянул его повыше, но Ян все время сползал вниз, не в силах удерживать неслушающееся тело в нужной позиции. Кроме того, он все время потел, хотя в кабине было совсем не жарко. Пилот смотрел на меня красными, нездорово блестящими глазами и молчал.

— Ян, давай честно: будет чудом, если мы долетим. Мы оба это понимаем, — тихо сказал я. — И в таком случае все эти секреты вообще смешны.

— Ты не понимаешь… Меня просто убьют, если узнают, что я тебе что-то рассказал…

— Ян, мыуже практически мертвы. Если мы и можем спастись, то только так. Если ты можешь управлять скатом, то…

— Да не могу я… Я даже сидеть ровно не могу… И одной рукой все равно не получится.

— Тогда… Какие у нас варианты? Либо ты расскажешь, как мне лететь и куда, либо…

— Не все можно рассказать, — после продолжительной паузы выдавил из себя пилот. — Чему-то нужно учиться. Нужно летать и смотреть… Мы летаем по ориентирам. Все ориентиры — разные. И нет никакой карты: ориентиры есть только в головах пилотов. Когда новое направление «провешивается» ориентирами, по нему летают очень осторожно, по двое, привыкая и заучивая дорогу. Пилоту достаточно найти и увидеть ориентир — и тогда сразу понятно, куда держать курс.