Только спустя два часа, жестикулируя и громко разговаривая, главы общин покинули зал. Я, тоже собрав исписанные листы бумаги, отправилась в свою комнату, чтобы в тишине подумать над полученной информацией и решить, как дальше быть.
Утки и прочие деликатесы — это хорошо, но недостаточно. Нужны более существенные доходы для рода Эсхейм. Ведь на что-то жил Гуннар, не на налоги же замок содержал. Земли здесь плодородные, реки, озера имеются, да и лесами богаты. А на западе так вообще море Асцер наличествует, вот только вскользь брошенное кем-то из глав опасение, что из-за разбойного люда корабли с латранцами к берегам не пристанут, меня обеспокоило.
Мне бы пару десятков воинов для начала, чтобы границы да берега патрулировали, но мужчин в землях Эсхейм не хватало катастрофически. Многие сгинули в битве при Дерсен…
Задумавшись, я не заметила, как добралась до своих покоев, едва не столкнувшись с незнакомой девицей в узком коридоре.
Темноглазая черноволосая девушка, испуганно пискнув, рванула от меня в обратную сторону и уже через минуту, мелькнув подолом платья, исчезла за поворотом. Странная реакция на меня и слишком поспешный бег — откровенное неуважение к главе рода — невольно заставили меня задуматься, что бы это могло значить.
Поставив мысленную зарубку, я наконец прошла в свою комнату, застав там Бергит и Виллума, и, кажется, у них ко мне был серьёзный разговор.
Глава 7
— Госпожа, вы собрались отравить латранцев? — спросил лекарь, едва я переступила порог.
— Нет, с чего такие выводы? — искренне удивилась, ранее не замечая за собой беспочвенной кровожадности.
— Вы хотите накормить их дикими утками.
— Опять эти утки, — тяжело вздохнула, проходя дальше в комнату, и добравшись до стола, устало опустилась в кресло, потребовала, — Виллум, объясни, что с этими беднягами не так?
— Утки обитают в ожерелье Святой Герс, — заговорил лекарь, окончательно меня запутав, — семь озёр, круглых, как бусины в ожерелье прекрасной невесты. Они были сорваны с её тонкой шеи жестоким и завистливым Озаром, когда он убивал её. Голубые, словно летнее небо бусины утонули в крови девушки…
Я прилагала неимоверные усилия, чтобы не поторопить мужчину и попросить его перейти ближе к сути, но обижать Виллума не хотелось и пришлось слушать очередную легенду.
— На месте, где рассыпались бусины, появились озёра, а из её крови выросли могучие деревья Эсхерия, их орех пахнет предательством, а сок ядовит.
— А при чем здесь утки? — поинтересовалась спустя несколько минут торжественной тишины.
— Они едят этот орех, — тоном моего старого учителя географии укорил меня лекарь, отчего я невольно поёжилась, но всё же рискнула произнести: