— Хм… так и должно быть? — ошеломлённо пробормотала, наблюдая за странными конвульсиями мужчины, но вдруг у него подкосились ноги, и он стал заваливаться на пол, при этом ладони так и продолжали крепко держаться на сверкающем сейчас всеми цветами радуги камне.
— Эй! Вам плохо? — почему-то крикнула, хотя в зале стояла гнетущая тишина, — лорд Рейнир? Чёрт! Ладно, надеюсь, я ничего вам там не сломаю! — выругалась, бросившись к мужчине, и с лёгкостью отлепив его руки от камня, едва успела подхватить падающего на пол коннетабля.
Глава 22
— Эй! Лорд Рейнир⁈ Да, что с вами, — взволнованно воскликнула, пытаясь нащупать пульс, но он всё никак не попадался, — Бергит! Нора! Кто-нибудь! Ты держись давай! Тебе умирать нельзя…
— Госпожа⁈ С вами всё в порядке⁈ Владычица! — с криком влетела в зал испуганная Бергит, на ходу запричитав, — он умер? Леди Лиат, если королевский коннетабль умрёт здесь… на землях Эсхейма, нам несдобровать.
— Не болтай ерунды! Он жив, просто без сознания, — рыкнула на девушку, сама же я была так не уверена в своих словах, дыхания у мужчины отсутствовало, биение сердца я не слышала, да и вид у него был не больно-то живой.
— Госпожа, надо его раздеть, чтобы дышать мог. Дайте я посмотрю… это что? Ожоги? Как?
— Да откуда я знаю, — простонала, с ужасом взирая на обожжённые до мяса ладони, — зови стражу, Рейнира нужно отнести наверх и приготовь всё от ожогов и чего там надо ещё, чтобы он очнулся. Нам нельзя, чтобы лорд умер… принесла же нелёгкая.
— Сейчас госпожа, — пробормотала девушка, с лёгкостью ворочая, как по мне, совершенно неподъёмное тело, — снимем доспех и бегу.
— Угу, — смогла лишь промычать и принялась стягивать с мужчины наручни, больше мешая, чем, помогая Бергит, — всё беги.
Не знаю, как я выдержала и дождалась Арена, стражу и людей коннетабля, которые, конечно же, услышали, голосившую на весь двор Бергит. И не рявкнула на воина Рейнира, попытавшего было обвинить меня в случившемся, а спокойно объяснить о произошедшем. И только спустя час, когда коннетабль так и не пришедший в сознание был устроен на кровати, напоен какой-то противной на вид жидкостью, а руки Бергит обработала жирной мазью, я, оставив девушку присмотреть за мужчиной, устремилась в свои покои. И заперев дверь, обхватила подушку руками, уткнувшись в неё лицом — заорала. Выплёскивая страх, боль, отчаяние и тревогу, не понимая, за что мне это всё.
Спустя полчаса нарыдавшись до хрипоты, я всё же нашла в себе силы сползти с кровати, умылась прохладной водой, пытаясь убрать следы слабости и натянув улыбку, отправилась разгребать очередной кошмар.