Глава 16
Обдумать превратности судьбы нам не дала зашедшая в покои Эбби, в руках которой был поднос с кружками и тарелкой с пирогами. Девушка, опустив голову, быстро прошла к столу, так же быстро всё расставила и только тогда на меня посмотрела.
— Спасибо, Эбби, можешь идти к себе.
— Госпожа, Виллум просил сообщить ему, когда вы вернётесь.
— Сообщи, — разрешила, ласково улыбнувшись девушке, но, кажется, сделала только хуже, она вдруг сжалась, ещё сильнее опустила голову и поспешила к выходу.
— Что с ней? — спросила Марен сразу, как за камеристкой закрылась дверь, — она всегда такая?
— Угу, и главное, я слова плохого ей не сказала, и даже тон голоса стараюсь контролировать, чтобы не перепугать её ещё больше.
— Зачем тебе такая?
— Сестра капитана стражи Арена, надо было поставить, чтобы преданнее служил.
— Мда… у тебя тут не менее весело, чем у меня, хотя в несколько раз хуже, здесь ты лорд земель, — задумчиво протянула Марен, беря в руки кружку, и сделав большой глоток, проговорила, — и что теперь? Как жить здесь будем?
— Не знаю, вообще ничего не понимаю, — пробормотала, присоединившись к девушке, — ни знаний, ни опыта в управлении родом у меня нет. Только приблизительно понимаю, что делать… в замке погреба, кладовые пусты. Главы общин на совете жаловались, что голод всем грозит, но, не поверишь, у Хагена, да что там у Хагена, в самом маленьком домике его общины стол богаче, чем у меня. И все уверяют, что налог Гуннару отдали, куда он всё дел? Ещё эти ходы тайные, ей-богу как крот какой-то, и люди пропадали. А ещё у него дочь в башне сидит, ночами по замку бродит, и что-то у неё с голосом — не говорит…
— Остановись, сжалься, я сейчас с ума сойду, — прервала мой поток Марен, вытаращив на меня глаза, — что здесь творится? Может, и правда к латранцам свалим? Купим небольшой домик, кур заведём, козу…
— Ты знаешь, кто они такие? Может, у них гарем и к женщинам хуже относятся, чем к твоей козе.
— Возможно, я ж не предлагаю прям сразу к ним на корабль лезть, выясним прежде, что за люди такие.
— Нет, Ольга, там мы будем никто, а здесь всё же я глава рода, ты моя правая рука, и вместе мы такое сделаем!
— Угу, и левая нога… Лен, только я бухгалтер и ничего не смыслю в хозяйстве, нет, я, конечно, не уморю голодом кур, да и козу бабка меня в своё время доить научила. Но здесь другие масштабы.
— Думаешь, не знаю? Отчего я стала по домам чужим шастать? Ищу, что местные делают, изготавливают, чтобы это преподнести возможным покупателям.
— Сомневаюсь, что твой набор будут раскупать, — произнесла девушка, с сочувствием на меня посмотрев.