— Спасибо, — поблагодарила, едва сдержав вырывающиеся ругательства, с трудом отломила небольшой кусочек и положила кроху в рот, — очень вкусно.
— По семейному рецепту, такого сыра вы госпожа нигде не возьмёте, — всё же не удержался старик, нахваливая свой товар, хотя отдавать лорду земель было жалко, это было заметно по бегающему взгляду и поджатым в тонкую линию губам.
— За этот кусок с неё сколько возьмёте? — спросила, кивком показав замершую в стороне от нас рыжеволосую девчушку.
— Двадцать медяшек, — ответил дедок, спустя несколько секунд, мысленного подсчёта.
— Хорошо, — улыбнулась торговцу сыром, отсчитав двадцать медяшек, ссыпала их на стол и забрала свою покупку, тут же отдав её Бергит, чтобы та положила в мешок.
— Что вы госпожа! — тут же воскликнул старик, но я, покачав головой, остановила мужчину, громко проговорив:
— Труд должен оплачиваться всегда.
Остальной обход торговых столов прошёл уже эмоционально полегче. Мои слова быстро разнеслись вдоль ряда, и люди перестали с хмурым видом на меня смотреть и с облегчением выдыхать за моей спиной, когда я проходила мимо их столиков. Наоборот, сейчас они старались показать свой товар с лучшей стороны, расставляя самые красивые и лакомые, по их мнению, ближе к краю.
Пришлось раскошелиться и купить у бабульки небольшой туесок с мёдом, а у девчушки лет пятнадцати на вид, с курносым носом и раскосыми глазами — мармелад. Когда я его увидела, то не смогла удержаться. Настоящий, без химии на ягодном соке… как пройти мимо такой сладости.
Также наш небольшой мешок пополнился на два свежеиспечённых кренделя, трёх яблок, кружку клюквы и пучком умещавшемся в руку, вяленого мяса.
— А рыба где? — спросила, остановившись у последнего столика, беглым взглядом окинув ножи, ложки, вилки и прочие столовые приборы.
— Рыбный рынок каждый день на берегу, ближе к вечеру, утром рыбаки уходят в море, а возвращаясь сразу расторговываются.
— А вечером это когда?
— К закату, — ответила Бергит, догрызая морковь, купленную у старушки.
— Ясно, значит пока всё, возвращаемся домой, — скомандовала, первой устремилась к горе, на которой был построен замок.
Невысокая гора, большая её часть омывалась тёплыми водами моря Асцер и только треть её полого спускалась в долину озёр, лесов и лугов…
Выбравшись впервые за ворота замка, я больше тридцати минут потрясённая открывшимся передо мной видом, любовалась сине-зелёными лесами, сочной зеленью полей, бирюзовыми чашками озёр, которые действительно рассыпались ровной полосой, словно ожерелье. И безбрежными водами моря с его белыми барашками и чёрными пятнами чаек.