— Не могу, — глухо ответил Вова. — Все… все летит к чертям, Джей. Мы потеряли половину базы. Семенов погиб. Ася… боже, Ася… И сколько еще людей погибло там, снаружи…

— Вова…это уже были не люди, а зомби. Я просто сделал то, что должен был. Устранил угрозу.

— Нет! — он резко вскочил. — Ты не понимаешь! Я устал! Устал от всего этого! От зомби, от войны, от того, что каждый день кто-то умирает! Я не могу больше! Я предал тебя, я предал самого себя и что в результате? Всё равно все они умерли, все. Тебе не понять этого, ты можешь отрезать человеку башку топором и наслаждаться резней, но я — не ты. Я не могу так!

Он отшатнулся от меня, прошел к стене, ударил по ней кулаком. Раз, другой. Костяшки расцветали кровью.

— Вова, прекрати!

— Зачем⁈ — он развернулся ко мне. Лицо исказилось. — Зачем мне останавливаться? Что изменится? Завтра придет новая напасть! Послезавтра — еще одна! И так до бесконечности!

— Боб…

— Я не хочу больше! Понимаешь? Не хочу! Пусть кто-то другой командует! Пусть кто-то другой решает, кого послать на смерть! Я больше не могу! Я никогда не хотел этой роли, а сейчас — с меня просто хватит.

Он сполз по стене, снова опустившись на пол. Обхватил колени, уткнулся в них лицом.

Я стоял, не зная, что сказать. Потому что он был прав. Мы все устали. Все балансировали на грани. И рано или поздно каждый ломался.

Из угла вышла маленькая девочка… Приемная дочь Вовы — Вика, когда то спасённая нами в Бадатии со стадиона. Тихо подошла к нему, положила ладошку на плечо.

— Дядя Вова? — тоненький голосок. — Ты плачешь?

Вова поднял голову, посмотрел на нее. Попытался улыбнуться, но получилась жалкая гримаса.

— Нет, солнышко. Просто… устал немного.

— Тогда отдохни, — серьезно сказала девочка. — Мама говорила, когда устаешь — надо поспать. Проснешься, и все будет хорошо.

Вова обнял ее, прижал к себе. Закрыл глаза.

— Хорошо, солнышко. Обязательно отдохну. Вот прямо сейчас и пойдем.

Я отвернулся, чтобы не мешать. Подошел к Прянику.

— Как там снаружи?

— Зачистили периметр. Ни одного зомби. Все сгорели. Эти хрени…ползучие которые… как порох полыхали, похоже — под ними аж асфальт оплавлен.

— Хорошо. Всю технику внутрь, базу запереть, и выстави дежурных. Ну и пошлите одну группу на джипах, пусть проверят окрестности. Вдруг еще какие-то выжившие остались…

— Понял.

Пряник ушел. Я огляделся. Люди разбредались по базе, кто-то уже начал разбирать баррикады, кто-то просто сидел в углу, уставившись в одну точку. Шок. У всех шок.

Аня подошла, обняла меня.

— Ты как?

— Нормально.

— Это хорошо, — она прижалась крепче. — Я так боялась… когда они начали стрелять… я думала все, конец.