не поднесла мне воды. Что там — и близко не прошли, видимо, опасаясь как бы и их не наказали за компанию. Судороги стихли, и разум снова застыл в подобии транса. Все вокруг стало неважным. Несуществующим. Почти как знаменитая ложка*. Следующий вдох я сделала не ртом. И не носом — тот давно был забит напрочь. Собственно, понятия не имею, чем. Я действовала даже не на рефлексах — на глубинных, подсознательных инстинктах. Все мое существо невероятным образом потянуло в себя воздух. И не только воздух. Тело наполнилось легкостью и теплом. Наконец-то! Озябшие пальцы шевельнулись, разгоняя кровь. Показалось, или по земле зазмеился ледяной узор, как бывает в мороз на стеклах? Нет, наверное, все-таки глюки. Вообще состояние мое вменяемым назвать было нельзя. Полусон-полуявь, тот момент, когда осознаешь себя и в то же время видишь происходящее вокруг как на экране, не воспринимая реальность в полной мере. Так что когда перед моим лицом протопали и остановились высокие мягкие сапоги со шнуровкой, я сочла их частью бреда и не отреагировала. Ну правда, я здесь вишу уже с обеда, за все это время ко мне никто не подошел. И тут раз — и вдруг вспомнили среди ночи? Вряд ли. — И что ты творишь? — поинтересовался знакомый голос. — Изыди. То ли я это подумала, то ли все-таки произнесла вслух. Губы не слушались, вышло некое невнятное бормотание, но, кажется, уважаемый господин Хайн все же понял и проникся. Сапоги исчезли из поля зрения. Я не расстроилась. К этому моменту меня охватил редкостный пофигизм. Тело качалось на теплых волнах, нигде не болело, даже нос задышал. Все же хорошо? Брякнул открываемый замок, и давившая на шею и запястья тяжесть исчезла. От прилива крови голова закружилась, и я все-таки потеряла сознание. Тьма была вязкой и густой, и никак не хотела уходить. Я плавала в ней, как в киселе, погружаясь все глубже, но паники почему-то не испытывала. Ничто оказалось дружелюбным, как игривый страшненький щенок, с которым никто не хотел обниматься, а тут раз — и я пришла. Только ничто облизываться не лезло, баюкало меня на волнах темноты, подмигивало далекими звездами, в общем — развлекало как могло. Возвращаться в реальность не хотелось. Там снова будет больно, мерзко и унизительно. Но пришлось. Очнулась в незнакомом месте и с минуту просто лежала, впитывая окружающую среду всем телом. У меня появилась занятная способность воспринимать пространство не открывая глаз, не поднимая рук — и все-таки практически на ощупь. Какая часть моего тела это проделывала, понятия