Острое раскаяние пронзало грудь, из головы не шел Орион.

«Вдруг он не сумеет драться в одиночку? Не бросила ли я опять кого-то на верную смерть?»

Эта мысль пронзила меня как стрела, и тут раздался леденящий кровь вопль – мужской, исполненный агонии. У меня перехватило дыхание.

«Хоть бы это был не Орион!»

Я оглянулась, и сердце екнуло при виде охваченного пламенем тела в отдалении. Трудно сказать, на кого я больше разозлилась: на Ориона за отказ бежать или на себя саму – за то, что оставила его одного.

Чувствуя, как грудь сжимает костлявая рука страха, я повернула назад. Душу терзало ужасное предчувствие, что найду Ориона полуживого и объятого огнем. Я уже улавливала характерный запах горящей плоти и видела разлетающиеся по ветру хлопья пепла.

«Пожалуйста, только не Орион…»

Невзирая на наши непростые отношения и все, что он мне наговорил, этот болван был мне все же небезразличен.

Пламя пожирало распростертое на лесной подстилке тело. Подойдя ближе, я увидела в отблесках небольшую группу людей и вздохнула с облегчением – Орион находился среди них. Он стоял с поднятыми руками, лицом ко мне, и по его лбу текла кровь.

Пытаясь оценить обстановку, я не спешила выходить из тени. Один охотник на демонов прижимал к голове Ориона кремневое ружье, второй связывал ему веревкой руки, а третий стоял ко мне спиной.

– Нечестивый, блудливый дьявол, чернокнижник! – выкрикивал он. – Разденем его по пояс, усадим на задок телеги да и будем возить по улицам города, угощая плетью!

– Не надо угрожать мне весельем, – отозвался Орион.

Похоже, он воспользовался факелом, чтобы поджечь одного из противников, но те превзошли его числом. Я поняла, что действовать нужно немедленно, пока Ориону не успели связать руки за спиной. На мгновение он перехватил мой взгляд и незаметно поднял бровь.

– Мы выбьем из тебя признание! – подхватил второй мужчина, тот, который возился с веревкой.

Решив, что сначала нужно вывести из строя стрелка, я подняла с земли большой камень – зазубренный и неприятно холодящий пальцы – и с этим грубым оружием наперевес выскочила из темноты и обрушила его стрелку на затылок. Он зашатался, однако успел обернуться и ударить меня в висок кремневым замком.

Боль пронзила череп, но я не выпустила из рук камня. Охваченная паникой, я стукнула его еще раз – посильнее. Затрещали кости, и он пошатнулся, ошеломленный и истекающий кровью. Мое сердце пропустило удар, когда я заметила у него на груди серебряную булавку в виде молотка – такой же знак носили и Корвины. Молот демонов, «Маллеус Даймониорум».