«Алис», – подумал Кел. Неужели Алис, устраивая ему встречу со своим братом, знала, что Меррен работает на Короля Старьевщиков? Неужели она знала, что юноша собирается отравить Кела, заставить его выдать бандиту государственные тайны? Эта мысль ему очень не понравилась. Кел знал Алис очень давно и доверял ей. Но потом он решил, что это маловероятно. Конор был для нее ценным клиентом; узнав о предательстве, он покинул бы ее заведение, а с ним и его «свита» – аристократы и богачи.

Актер на сцене, изображавший Смерть, снял со своей партнерши платье, и она осталась в тонкой сорочке. Он начал привязывать ее руки к спинке черной кровати длинными алыми лентами.

Кел почувствовал на себе чей-то взгляд. Его учили замечать, когда за ним наблюдают. Антонетта Аллейн смотрела на него с непроницаемым выражением лица, играя медальоном.

– Мне кажется, сейчас они изображают Алую Чуму, – произнес кто-то за спиной у Кела. – На улицах лежат мертвые тела, а Смерть берет себе любовницу. Красные ленты – это болезнь. Она займется любовью со Смертью и умрет от этого.

Кел обернулся и с удивлением обнаружил рядом Силлу. Это была высокая девушка, почти такая же высокая, как он, с тонкой талией и узкими плечами; корсет зеленого бархатного платья, отделанного кружевами, приподнимал ее маленькую грудь. Разрезы на юбке позволяли видеть длинные стройные ноги. У нее были веснушки, синие глаза и веселая, искренняя улыбка, которая и привлекла его к ней тогда, в пятнадцать лет. Он подумал, что женщина, которая так улыбается, должна быть доброй, что она будет терпеть его неопытность, будет смеяться вместе с ним, пока он будет учиться тому, что надо делать и как.

И Кел оказался прав, поэтому до сих пор был к ней неравнодушен. Он постарался временно забыть о своих подозрениях и улыбнулся куртизанке.

– Можно было заразиться Алой Чумой, занимаясь любовью со Смертью? – переспросил он. – Не помню, чтобы на уроках истории, посвященных этому периоду, нам что-то такое говорили. Вот они, недостатки образования во дворце. Учителя уделяют слишком много внимания совершенно ненужным вещам.

– Полностью согласна. – Силла обняла его.

Мужчина на сцене снял с «актрисы» нижнюю юбку, и она теперь была полностью обнажена, если не считать алых лент на запястьях и щиколотках и гривы темных волос. «Смерть» сбросил маску, забрался на черные бархатные простыни и навис над женщиной; ее белое тело выгнулось ему навстречу. Зрители принялись поощрять его громкими возгласами, как будто наблюдали спортивное состязание на Большой Арене.