– Разве? Не верю, – слабо улыбнулся Кел.
Он не мог собраться с мыслями. У него возникло такое чувство, как будто он собрался в кругосветное путешествие, а ему внезапно сообщили, что дальше Узкого Перевала он не поедет. Кел знал, что ему не привиделось это выражение лица Конора, горечь в его голосе. Но боль, терзавшая тело, мешала ему сосредоточиться.
– Келлиан, мне известно из достоверных источников, что в течение последних семидесяти двух часов ты блестяще изображал выброшенную на берег форель. Мне было так скучно, что пришлось позвать Фальконета и изобрести новую игру. Я назвал ее «комнатная стрельба из лука». Тебе понравится.
– Знаешь, я так не думаю. Мне нравится проводить время в комнатах и нравится стрельба из лука, но совмещать эти две вещи, по-моему, неразумно.
– Ты знаешь, что убивает все веселье? Разум, – заметил Конор. – Тебя часто приглашали на попойку, участникам которой предписывалось бы вести себя разумно? Кстати, раз уж речь зашла о попойках – не хочешь выпить, прежде чем я позову доброго доктора? – предложил Конор и потянулся запастиссоном . – Но я должен тебя предупредить: Гаскет не советует смешивать морфею с алкоголем.
– В таком случае я обязательно выпью, – сказал Кел, задумчиво глядя на то, как Конор наливает в бокал мутную зеленую жидкость.
Рука принца дрожала совсем чуть-чуть, и Кел знал, что никто, кроме него, не заметил бы этого.
Арам отличался от других стран. В других странах люди, занимавшиеся магией, становились жертвами королей-чародеев, которым нужна была энергия для камней-источников. Но жители Арама могли свободно пользоваться гематри для того, чтобы улучшить свою жизнь. У королевы не было желания присваивать эту магию, а свое могущество она использовала только для того, чтобы помогать народу. По базарным дням люди Арама собирались у ступеней дворца, Адасса выходила к подданным и исцеляла страждущих при помощи гематри и заклинаний. Вскоре народ полюбил новую королеву; ее называли доброй и справедливой правительницей. «Рассказы о королях-чародеях», Лаокант Аурус Иовит III
Глава 10
Пятьсот лет назад в Кастеллане разразилась эпидемия Алой Чумы, в результате которой погибла почти треть населения города-государства. Все врачи, и Лин в том числе, обязаны были знать историю эпидемии. Тела умерших сжигали, как требовал обычай, и ядовитый дым отравлял живых; в конце концов люди начали падать замертво на улицах.
Валис Аврелиан, который в то время правил Кастелланом, запретил сжигать покойников. Вместо этого повелел сбрасывать тела в ямы и засыпать негашеной известью. Вскоре эпидемия прекратилась – хотя Лин часто думала, что это произошло по естественным причинам, а вовсе не из-за действий короля. Как бы то ни было, заслугу приписали Валису, а его портрет с тех пор красовался на монетах в десять крон. А в городе появились участки, на которых была запрещена застройка, поскольку по закону нельзя было возводить здания на местах захоронения. Ямы с телами засыпали слоем земли, на которой высадили деревья и цветы, а дома, окружавшие эти зеленые «сады», существенно выросли в цене.