Когда Иуда Макаби прилетел обратно в Арам, королева Адасса вернула ему облик человека и попросила рассказать о том, что он видел. «Плохие новости, моя королева, – ответил он. – Тебя предали. Король Сулеман собрал огромную армию, чтобы идти против тебя. Он и его союзники нападут на Арам через три дня». Адасса ничего не ответила и заперлась в высокой башне Балал. В Араме начались беспорядки; народ боялся, что королева оставила их. Но Макаби вышел на ступени дворца и обратился к людям: «Не бойтесь, наша королева спасет нас. Верьте. Она нас не предаст». Наутро второго дня Адасса вышла из башни. Но она изменилась. Она была прекрасной, мягкой и доброй девушкой – все это ушло. На пороге дворца появилась взрослая женщина, суровая, безжалостная и холодная, как стальной клинок. Она взглянула на людей, собравшихся, чтобы выслушать ее, и заговорила: «Народ Арама. Мне нужна ваша помощь». «Рассказы о королях-чародеях», Лаокант Аурус Иовит III
Глава 13
Кел шагал по Юйланьской дороге, пригнув голову и глядя себе под ноги. Палящее солнце Кастеллана слепило глаза. Близился полдень, и ему было очень жарко в зеленой бархатной куртке, но ради того, чтобы угодить королеве Лилибет, иногда приходилось жертвовать комфортом.
Он покосился на худую фигуру в поношенном черном костюме. Меррен Аспер был погружен в свои мысли. «Вот я иду, – сказал себе Кел, – чуть ли не под руку с отравителем, пособником бандитского главаря, на встречу с единственным человеком в Кастеллане, который теоретически может помочь мне приблизиться к Просперу Беку. Как я мог дойти до такого?»
Ответ на этот вопрос был очевиден.Король Старьевщиков . Кел, как и в прошлый раз, солгал, что идет на Арену, а сам отправился прямиком в Черный особняк. Он нашел хозяина в зимнем саду – тот любовался цветами. «Ты поговорил с Маркусом, – произнес Андрейен, взглянув на Кела. – Вижу, что ничего хорошего из этого не вышло».
Когда рассказ близился к концу, в оранжерее появились Меррен и Джиан и стали с нескрываемым интересом слушать разговор. Андрейен бросил на Кела многозначительный взгляд, но опасную тему – реакцию Маркуса на послание Андрейена – они успели обсудить до этого. Кел повторил бессмысленные слова Маркуса насчет того, что в проблемах Дома Аврелианов был виноват он сам, его грехи и его злоба. Что долг Конора может быть оплачен только кровью. И добавил, что король ни словом не обмолвился о Проспере Беке.
Кел рассказал и о Фаустене – о том, как малгасиец выставил его из кабинета короля, угрожал донести на него. «Может, этот старикашка иесть Проспер Бек, – высказался Меррен. – Или тот, кто за ним стоит».