У Кела имелся кое-какой план, которым он не стал делиться с Андрейеном. Встреча с Джерродом приближалась, и он нервничал все сильнее. В горле пересохло.

Усилием воли Кел взял себя в руки.

– Я заметил, что вы безгранично преданы Королю Старьевщиков, – заговорил он, когда Меррен остановился у тележки аптекаря, продававшего лекарственные травы.

– Почему бы нет? Вы вот безгранично преданы принцу, – спокойно ответил Меррен.

– Не знал, что вы дали клятву защищать Андрейена, – съязвил Кел. – И что обеспечение его безопасности является вашим долгом и целью вашей жизни.

Меррен поднял голову и прищурился, глядя на солнце. Его светлые волосы были похожи на отполированный до блеска золотой шлем.

– Я ему обязан.

Кел заинтересовался и даже на минуту забыл о предстоящем испытании.

– За что? Это как-то связано с Гремонтом?

– Я стал отравителем из-за Артала Гремонта, – просто сказал Меррен. – Я хочу его убить. Андрейен предоставил мне лабораторию, возможность спрятаться от Бдительных в случае необходимости. Однажды Артал Гремонт вернется в Кастеллан, и я с ним покончу. Но без Андрейена это было бы невозможно.

– Клянусь серым адом, – пробормотал Кел. – Какое же зло Артал Гремонт причинил вашей семье?

Меррен отвел взгляд. Забыв о лекарственных травах, он сунул руки в карманы и пошел прочь. Кел последовал за ним.

– Послушайте, давайте забудем об этом, – окликнул его Кел. – Вы имеете полное право ничего не рассказывать мне…

– Мы пришли.

Меррен указал на приземистое здание, стоявшее на противоположной стороне улицы. Деревянный фасад был выкрашен в белый цвет, вместо стекол окна закрывали ширмы из рисовой бумаги. Вывеска сообщала, что в доме располагается «Закусочная Юй-Шуан» и что здесь подают суп с лапшой, свининой и имбирем, приготовленный по уникальному рецепту.

Кел постарался принять небрежный вид. Ему не хотелось, чтобы Меррен заметил его волнение; он даже самому себе не желал признаваться в том, что волнуется. Они пересекли улицу и вошли в заведение. За шелковой занавеской обнаружился зал, отделанный деревянными панелями; повара в красной форме возились над кастрюлями с дымящимся супом и карри. Сильно пахло имбирем, зеленым луком, свиным бульоном и чесноком. К стене кнопками была приколота старая акварельная карта континента Данмор с надписями на языке Шэньчжоу; Кастеллан был обозначен как «королевство Дацинь». Наиболее подробно были изображены Шэньчжоу и соседние территории, пустыня Джикал и государство Гымчосон. Кел вспомнил слова, слышанные от Бенсимона: «Каждый из нас является центром собственного мирка. Люди Кастеллана считают, что их родина – самое влиятельное государство Данмора, но не следует забывать о том, что граждане Сарта, Малгаси и Хинда думают то же самое о себе».