— Это — мазь от радикулита. Это — сбор для почек. Это — эликсир для желудка. Это — специальный, для печени.

— Ох, Александр, — выдохнула она. — Сколько же вы всего наделали! Как только успели.

— Наделали и успели, пока лето, — усмехнулся я. — А вот это — королева партии, — я аккуратно извлёк из отдельного свёртка, обёрнутого тканью, небольшую стеклянную банку с мутноватой жидкостью янтарного цвета. — Это настойка для экстренного похудения. Работает без диет. Проверено на одной соседке из села. Пятнадцать килограммов за месяц. Но тут важно дозировку соблюдать.

Зинаида Марковна ахнула и прижала банку к груди так, будто это была не настойка, а сам Генеральный секретарь ЦК КПСС ей руку пожал и вручил орден, низа что, ни про что.

— Это, — сказала она торжественно, — Я продам в первую очередь. У меня уже три женщины стоят в очереди. Спрашивают, когда будет.

— А вы им скажите — через пару дней. Как раз успеете рассортировать, — подмигнул я.

Она засуетилась, начала звонить по телефону, шептала что-то в трубку, записывая на листке фамилии и суммы. Я сидел в кресле, пил чай и чувствовал себя если не олигархом, то очень близким к этому. Пожалуй, барином.

— «Она ловко торгует, — заметил Ратибор. — Но я бы не доверял ей всего. У неё руки длинные».

— Знаю, — мысленно ответил я. — Но у меня нет других выходов на таких покупателей. Она — наш канал. А канал надо беречь.

— «Как родник? — уточнил наставник».

— Именно так.

Через час с небольшим у Зинаиды Марковны был готов список — кому, сколько и по какой цене. Я посмотрел на итоговую сумму и присвистнул.

— Четыре тысячи? — переспросил я, не веря своим глазам.

— Четыре тысячи двести пятьдесят, — поправила она с достоинством. — И это не считая моих комиссионных.

— И какие нынче у вас комиссионные?

— Старые, — она хитро прищурилась. — Десять процентов. Договорились же.

Договорились. Ещё когда начинали.

— Идёт, — кивнул я. — Только давайте сначала развезём товар, а потом посчитаем.

— Завтра с утра начинаем развозить, — сказала она. — Вы будете моим водителем и охранником. Потому что я без вас с такими деньгами по городу не поеду. И потом, не на себе же мне всё это таскать. А ко мне домой не все поедут.

Я хотел возразить, но потом вспомнил, что на улицах Свердловска стало неспокойно. Мало ли кому придёт в голову ограбить пожилую даму с полной сумкой дорогих снадобий.

— Хорошо, — кивнул я. — Буду.

* * *

Утро началось с того, что мы загрузили в мою машину уже собранные ящики и отправились по адресам.

Первый адрес был — кооперативная квартира в центре, где жила какая-то важная начальница из облздрава. Зинаида Марковна представила меня как «потомственного травника, ученика самого (она назвала какую-то фамилию, которую я якобы должен был знать, но не знал)», и начальница, глядя на мои орденские планки, прониклась.