— Раму тоже надо бы забрать, — шепнул он мне на ухо, когда мы оказались вдвоём, — Номер -то я перебью, но нехорошо получится, если вдруг близнец появится.

— Всё заберём, если сговоримся, а что и как ты там делаешь, мне не очень интересно, — довольно нейтрально отозвался я, наученный горьким опытом общения с нашим «молчи-молчи» в Афгане.

— Понял, — кивнул Василий, в стиле умудрённого жизнью гнома, из тех книжек Толкиена, которые меня нынче преследуют.

Дедок, представившийся Кузьмичом, оказался тем ещё жучком. Запросил за раму и узлы сумму, от которой у Вована глаза на лоб полезли.

— Ты что, Кузьмич, с ума сошёл? — возмутился Сорока. — За эти деньги новый трактор можно купить! В капстране!

— Так в капстрану и езжай, — невозмутимо затянулся дедок махоркой. — А у нас, сам знаешь, дефицит. Ты попробуй найди раму для трактора. Я её пять лет ждал, детали по частям собирал. Мне здоровье уже не позволяет, а ты, молодой, ещё поработаешь.

Я переглянулся с Васькой. Тот едва заметно покачал головой — мол, дорого, но если сбить цену, то вариант стоящий.

— Кузьмич, — вмешался я, — Ты цену-то загнул, конечно, и чересчур. Но мы люди не гордые, можем и поторговаться. Давай так: мы у тебя всё это добро берём, рублей за двести, но ты нам ещё и вон те колёса отдаёшь, что у сарая стоят. И запчасти, какие есть, в придачу.

Дедок прищурился, глянул на колёса, потом на нас, потом снова на колёса.

— Хитрый, — констатировал он. — Ладно. Но тогда вы мне помогаете картошку окучить. У меня спина совсем ни к чёрту.

— Идёт, — кивнул я, не дожидаясь реакции Вована. — Завтра с утра и придём.

— Договорились, — крякнул Кузьмич и протянул руку.

Когда мы отошли от его дома, Вован покосился на меня:

— Ты чего за всех решаешь? Я на картошку не подряжался.

— А что тебе стоит? — удивился я. — Посидим вечерком, пива попьём, дедок нам ещё и спасибо скажет. Зато трактор почти даром получаем. Ну, по нашим меркам.

— Трактор, — мечтательно протянул Васька. — Я такой соберу — закачаетесь. Можно будет и дрова возить, и сено, и вообще…

— Ладно, уговорили, — махнул рукой Вован. — Но пиво ты ставишь.

— Договорились, — усмехнулся я.

Обратно ехали уже в сумерках. Васька гордо восседал на своём мопеде, а в коляске «Урала» громоздились какие-то железяки, которые Кузьмич отдал в нагрузку. Я пристроился сзади на Яве, стараясь не отставать, но и не сильно нервировать парней прытью своего мотоцикла.

Ратибор в голове молчал, но я чувствовал его одобрение. Кажется, старику нравилось, что я не просто травы собираю, но и хозяйством занимаюсь.