–За жизнь! – провозгласила тост мадам Зандштрём с присущим ей изобилием витальности. Воистину!

Лаура очень искренне содвинула свой кубок, стеклянную чашу игристого, с кубком Манфреда. Жалкому бедняге не пришло в голову ничего лучшего, как отчаянно перепугаться, в то время как Мы, сидя по центру напротив обеих грандиозных, роскошных, умудренных жизнью и все же, надеемся, слегка ограниченных (тогда хватило бы белой таблетки) дам, позволяли себе испытывать прямо-таки красшгатхорское удовольствие. Однако сразу же выяснилось, что госпожа Ванденхук триедина, как и хостессы-стюардессы-финтифлюшки, с которыми у Нашего клиента сложились очень доверительные отношения. Она была кухаркой, банкиршей и поэтессой – опасная, хотя и чересчур редкая комбинация (взглянуть только на всех этих убогих поэтов, лишенных воображения жонглеров финансами и незатейливо уплетающих за обе щеки всякий мусор поборников худобы).

За этот черно-белый вечер, когда смешанные, как полоски в окрасе зебры, чувства постоянно чередовались между теми, что испытывал трясущийся как овечий хвост Манфред, и свойственными Нашей колоссальной внутренней сущности, радостно покачивающей хоботом и бивнями, обе дамы-хозяйки то вместе, то попеременно выносили на стол самые восхитительные, достойные Лукулла творения. Их, все без исключения, требовалось запивать игристыми винами высокого качества и любопытных речных расцветок (Янцзы, желтый Тибр, Мозель в его мягких берегах), так что разговор вскоре стал извилистым, как джунгли, тропически абсурдным, колоритно чреватым опасностями.

–Давайте вернемся к проекту «Cleansmile Deep View», – предложили, к примеру, Мы с явным намеком, и мадам Зандштрём на многое открыла Нам глаза.

Потому что она, хотя и говорила с воодушевлением о будущем астрономии, которое ясно видела, хотя и восхваляла такие проекты, как «Fifty Meter Telescope», спектроскопия биосигнатур или создание летающих космических сыщиков для розыска в дальней дали гравитационных волн, у себя в четырех стенах не проявляла того восхищения проектом CDV, какого Мы ранее ожидали и опасались (голубая таблетка!). Аксель, конечно, очень заинтересован в проекте, в нем явно вся его жизнь, немного огорченно вздохнула тетя-министр, после чего Лаура направила в ее бокал пенную струю. Разумеется, Мы горели желанием глубже развить тему скрывающегося племянника. Но уже после двух безобидных вопросов Зандштрём замкнулась и заупрямилась, так что Мы предпочли дать задний ход и плыть по течению под пристальным взглядом крокодилов и бегемотов.