Я понимал. Это значило, что в чистую, как есть, у Шуйского шансов не было. Схвачено-проплачено, так сказать. И сам Шуйский по каким-то причинам не мог перебить ценник комиссии и контакт имел только мой. Такой себе козырь, если смотреть со стороны.

— Мне нужна ваша помощь, чтобы уравнять шансы и помочь моей заявке составить конкуренцию, — закончил Шуйский.

Понятно. Что сказать, это был уровень повыше привычного Волконскому и Семену с их мелкими взятками за подписи и фиктивные документы.

Я откинулся в кресле, глядя на Шуйского. Напрямую на тендерную комиссию я влиять не могу. Это не моя юрисдикция, не полномочия Министерства. Попытка надавить на них — это прямой выход за флажки, который может закончиться очень плохо.

Но. Старый Волконский при виде такой нетривиальной задачи развел бы руками и отказался бы. Он брал деньги только за то, что мог сделать со своего места непосредственно и прямо. Следовательно, если я справлюсь — это будет жирный плюс к моему новому, амбициозному и толковому образу. Поднимет мою ценность в глазах местных воротил, а там и до углубления в эти их схемы недалеко.

А это нам с Милорадовичем было необходимо.

— Аркадий Борисович, а самые очевидные способы снижения себестоимости вы рассматривали?

Я не удержался от того, чтобы прощупать его на вшивость. Насколько на самом деле грязный ублюдок сидел напротив? Кому все-таки я собрался помогать?

Шуйский внимательно, с прищуром посмотрел на меня.

— Это какие? — спросил он.

— Те самые, какими, полагаю, пользуется господин Зотов. Заявленная квалификация рабочих выше реальной, кристаллы и комплектующие из, скажем так, альтернативных источников с альтернативным качеством…

— Не рассматривал. И не буду, — отрезал Шуйский. — На чем мог сэкономить — уже сэкономил. Поставлять откровенную дрянь в больницы не собираюсь.

Я приподнял бровь. Занимательный кадр, однако. Значит, что-то людское в нем все-таки было, а потому и согласиться ему помочь было морально легче. От помощи выиграет не только наше дело, но и Каменоград.

— Уважаемо. Хорошо, я могу выступить в качестве технического консультанта, — сказал я медленно, подбирая слова. — Проанализировать документацию, изучить технические аспекты предложений. Возможно, найдутся способы оптимизировать ваше предложение или выявить несоответствия у конкурента. Это сложная работа.

Шуйский слегка кивнул. Он понял, к чему я веду.

— Я готов оплатить ваши услуги, — сказал он. — Сколько?

— Десять процентов от суммы контракта, — ответил я, не моргнув. — По факту его получения, разумеется. За несделанную работу денег не берем.