В конце концов он поднял руку, подавая знак остановиться. Дыхание у него даже не сбилось.

Князь начал объяснять концепцию. Заклинание оказалось хитрым, требовательным не столько к грубой силе, сколько к филигранному контролю над точностью намерения и потоком энергии. Суть заключалась в том, чтобы создать крайне малого диаметра (конкретно для моих целей, а так это не обязательное условие) сгусток энергии, структурно похожей на типичное силовое поле, из которого щиты и состояли, но с небольшими отличиями. Сгусток, способный ввинтиться в чужой защитный барьер, создать отверстие и раздвинуть его края на долю секунды.

Милорадович подробно разобрал со мной формулу, показал правильный вектор приложения силы и объяснил, как нужно выговаривать ключевые слова для максимальной концентрации эффекта.

Остаток тренировки ушел на отработку этого заклинания. Разумеется, полным «Крематорием» я бить по князю не стал — не дай Бог вспыхнет, неловко выйдет. Работал исключительно этим новым пробивным плетением, которое про себя окрестил «Шилом».

К исходу второго часа я более-менее с ним освоился. Мое «Шило» пробивало плотный тестовый барьер князя, но держалось отверстие очень недолго и получалось не каждый раз. Прикручивание этого компонента к основному алгоритму «Крематория» обещало стать той еще задачкой. Потребуется тщательно отладить тайминги, чтобы прокол щита осуществлялся за микросекунду до подлета искры «Розжига». Но вопрос был абсолютно решаемым, просто требовал времени на кодинг.

Я опустил руки, тяжело дыша.

— А о защите вы уже подумали? — спросил Милорадович, подходя ко мне. — Заклинание «Тишина» ведь больше не спасает, учитывая, что наши оппоненты перешли на обычное огнестрельное оружие.

Он был прав на сто процентов. Выжигание магических контуров бесполезно против куска железа и пороха.

— Есть у меня на этот счет следующая идея, — ответил я, вытирая пот со лба. — Заклинание, которое действует практически как мой «Страж», но с некоторым изменением принципа постановки защитных полей.

— Через точечные щиты? Я заинтригован.

— Алгоритм будет обнаруживать момент выстрела и создавать миниатюрный, но экстремально толстый и плотный щит. И не перед пулей, а прямо в стволе оружия врага. Полностью непроходимый. Ни для твердых тел, ни даже для пороховых газов.

Милорадович заинтересованно вскинул бровь.

— Вот как? В таком случае, если щиту хватит плотности удержать давление, ствол может попросту разорвать в руках стрелка.

— Да, — подтвердил я. — Вопрос только в проекции щита на достаточную дистанцию и точности этой проекции. Чтобы канал ствола перекрывало намертво. Дуло оружия почти всегда выходит за сферу стандартного постоянного щита при стрельбе, так что проблем с обходом чужой защитной магии не возникнет. К слову, скажите, у вас остались вчерашние трофейные автоматы и патроны с порохом?