Вот это розжиг, вот это я понимаю. Скоро будут шашлыки. Только ждать, пока угли сами собой поседеют как-то не хотелось. Благо, тот же самый алгоритм с некоторыми корректировками помог ускорить процесс прогорания.
Пространство над мангалом едва заметно задрожало. Невидимый, строго дозированный поток свежего кислорода начал равномерно обдувать раскаленные куски со всех сторон.
Сработало идеально. Это была абсолютная имитация кузнечных мехов или махания картонкой, только эффективнее в десятки раз. Угли радостно затрещали. По их неровным поверхностям стремительно побежали вишневые, пульсирующие трещины жара. Летучие соединения выгорали на глазах. Спустя жалкие пять минут все содержимое мангала покрылось тем самым седым пеплом, выдающим идеальную температуру для жарки мяса.
Когда все было готово, я наконец-то водрузил шампуры на мангал.
Глава 12
— Сдаюсь… — выдохнул я, откидываясь на спинку найденного в кладовой раскладного стула.
Мы не заносили еду в дом. Наоборот, я вытащил стол на улицу, и разместился на более-менее ровном пятачке земли недалеко от мангала. Хотелось ощутить атмосферу шашлыков на природе в полной мере.
Одна беда — переоценил я вместительность желудка Волконского. То ли этот орган успел отвыкнуть от бездумного обжиралова под моим чутким руководством, то ли привык беречь место для жидкого топлива под предыдущим. Как итог — в сумме я уработал всего два шампура. В прошлой жизни мне, как и любому другому человеку, знакомому мне лично, хватало и одного, от силы полутора шампуров шашлыка. Но там я был сантиметров на пятнадцать ниже и значительно уже этого двухметрового амбала. Даже полное отсутствие завтрака и обеда, цель которого была как раз в том, чтобы больше мяса влезло вечером, не помогло. Наоборот, накопленный за день голод не дал вовремя ударить по тормозам, и теперь появилось стойкое ощущение, что в бункер придется катиться.
Справедливости ради, у шашлыка имелась совершенно замечательная компания. Запеченные прямо на углях овощи — сладкий перец, мясистые помидоры, баклажаны с дымком и картошечка — соседствовали с мясом в моем многострадальном желудке. Так что мы с ним вышли отнюдь не один на один, и победу оно надо мной одержало в нечестном, неравном бою.
И большая часть приготовленного все равно осталась на столе. Значит, вопрос обеда на ближайшие дни закрыт полностью. Хоть это радует.
— В этом поражении нет стыда, — снисходительно отозвался Баюн, умывая морду лапой. — Если б кто-то из вас, людей, никогда не переоценивал своих возможностей, я бы всерьез усомнился: а человек ли это вообще?