По мере моего рассказа Милорадович менялся. Его обычная невозмутимость никуда не делась, но при том он стал серьезнее. Перестал крутить в руках дорогую перьевую ручку и отложил ее на край стола, сцепив пальцы перед собой. Тоже понимал, видимо, к чему все идет. Осознавал потенциал.
— Вы еще хоть кому-нибудь об этом говорили? — спросил он, когда я закончил объяснять концепцию. Тон его лишился любых светских интонаций.
— Только Илье, — прямо ответил я.
Князь слегка нахмурился.
— Разве он уже пришел в себя? Врачи докладывали, что Кузнецов пробудет в бессознательном состоянии еще минимум несколько суток — а максимум несколько месяцев…
Он прервался на полуслове, и его брови едва заметно поползли вверх.
Погодите-ка. Я что, и про сноходчество ему не рассказывал?
Глава 5
— Ах, да. Вы ведь занимаетесь сноходчеством. Впечатляющий успех за столь короткое время, Дмитрий Сергеевич. И вас, господин Баюн, похвала тоже касается.
— Благодарю, — муркнул кот. — Наш подопечный исключительно талантлив.
Уверен, что не говорил ему про эти опыты, а он все равно знает. Непонятно, откуда. Неужели Мария или Василиса рассказали? Вряд ли князь регулярно с ними беседует, особенно на тему моих успехов.
Значит, просто следит, причем методами, о которых я не знаю. Наш с Баюном разговор про некромантию вслух был первым и последним, в таком случае. Теперь только телепатия, на предмет чего угодно, чего князю знать не положено.
В принципе, можно было и не удивляться. Такие люди, как Милорадович, приучены к контролю всего, что только могут контролировать, и знанию обо всем, что можно знать. Особенно это касается собственных учеников.
Интересно, догадался ли он и про феномен моей души, которая еще не прикипела к телу до конца, что и позволяет мне гораздо увереннее сноходить? Дойдет ли он логическим путем до самого факта попаданства?
Ай, да какая, по сути, разница. Если догадается — тут же и расскажу, все равно ведь собирался. Просто хотелось бы всех собрать, и уже в спокойной, безопасной обстановке, с самой хитрой рожей из возможных, выложить все карты на стол. Так оно как-то красивее будет.
— Да, есть такое, — спокойно подтвердил я, не выказывая ни малейшего удивления его осведомленности.
Милорадович медленно кивнул, принимая мой ответ как должное.
— Так или иначе, я настоятельно вам рекомендую об этих наблюдениях больше не распространяться никому, — произнес он с нажимом. — Если я правильно понимаю, ваша технология исключительно опасна в неправильных руках, и эту концепцию нужно разрабатывать и внедрять со столь же исключительной осторожностью. Манипуляция молекулами… Надо же, а ведь всего месяца три назад вы манипулировали разве что молекулами спирта.