Особого эффекта это не принесло — на крыльце буквально через несколько секунд уже толпились другие отряды, пытаясь пробиться внутрь. Под ногами лежали затоптанные гоблины — тот, в теле кого я был, наступил на нескольких, толкаясь плечами в толпе. Напор сзади протолкнул нас в проем входа, и я оказался в когда-то светлом огромном храмовом холле. Здесь сейчас было темно, все помещение запружено орущими и визжащими гоблинами. И все двигались туда, где раньше был проход в храм Иллуны. В тот самый небольшой Осколок, где в этот самый момент нахожусь я в ловушке Золотарева, который убивает Блайну на алтаре.

Неужто это сейчас происходит?

Черный гоблин, глазами которого я сейчас наблюдал происходящее, был уже около арки прохода. Раздались гортанные крики, наш строй качнулся и набирая скорость побежал вперед. Одна за другой шеренги гоблинов передо мной исчезали в арке прохода, проходя через пелену междумирья. Шагнул в арку и я, толкаясь плечами с остальными. Взор на мгновение подернулся пеленой, а через миг я увидел яркие краски одежд и удивительную синь чистого неба.

Проскочив в портал, я оказался на брусчатке Дворцовой площади Санкт-Петербурга. Вокруг лежали разрубленные тела людей, слышались выстрелы — обернувшись, я увидел, как отстреливается сразу от нескольких гоблинов полицейский. Мелькнула сталь — и рука с пистолетом повисла плетью. Полицейского тут же пронзило сразу несколько пик; когда он падал, я успел заметить, как у него под кожей взбугрились черные вены попавшей в кровь скверны. Упавший на колени страж порядка рухнул навзничь, но окончательно умирать не собирался — глядя на мир уже подернутыми тьмой и сочившимися мраком глазами.

Все произошедшее с полицейским заняло несколько мгновений — и не привлекло внимания гоблина, в чьем теле я находился. Видел все это краем глаза — «мой» гоблин в этот момент добивал кричащего от ужаса китайского туриста, который все никак не хотел умирать под ударами пики.

Вываливаясь из воронки портала, черные гоблины волнами прибывали на улицы Петербурга. Мой гоблин бежал вперед вместе со всеми, убивая беззащитных людей. Поодаль завыли сирены, раздались выстрелы — но почти сразу две машины ДПС, с попытавшими оказать сопротивление полицейскими, оказались в центре вспышки огненного взрыва.

Вместе с ордой вторжения на улицы города пришла магия.

Перескочив через остовы сгоревших машин, выбегая на Невский, я врубился в сгрудившуюся у светофора толпу ошарашенных людей. И вдруг увидел прямо перед собой мигалку — одна из полицейских машин врезалась в толпу, отсекая нападающих гоблинов от бегущих в панике туристов. Меня перекинуло через капот, затрещали кости; приземлившись на асфальт, я увидел еще одну машину — кто-то из водителей на большом внедорожнике также начал давить тварей. Последнее что увидел «мой гоблин», было ребристое широкое колесо совсем рядом. Вспышка боли заставила меня закричать вместе с хозяином тела, и я снова осознал себя в ледяной ловушке, из которой мой дух недавно выдернуло видением.