Пока все занимались подготовкой по военной части, я создавал амулеты против крокодилов. Даже если не помогут реально, психологистическую поддержку окажут.

Я не стал мудрить и связал из тонких стеблей тростника знакиса . Не полноразмерные «спасательные круги», а маленькие подобия. В процессе изготовления начитывал заклинание против крокодилов и эти слова приматывал, ввязывал, закреплял в форме в процессе плетения.

Странные выверты мифологического мышления Мерикара потребовали продемонстрировать не зажигательную смесь, а именно амулеты. Он приказал, чтобы кто-нибудь из воинов нашего отряда смертников вошёл в реку там, где на берегу отдыхали крокодилы.

Довольно молодой человек вызвался добровольцем. Я подумал что он решил, будто всё равно умирать, а так хоть это случится поближе к дому.

Он шёл ровно, с прямой спиной, а на лице его я не заметил ни капли страха. Уж не эта ли уверенность распугала чешуйчатых хищников? Одному он даже отвесил пинка, когда двухметровое бревно не пожелало уйти с дороги.

Отчаянный смельчак вошёл в воду по пояс, повернулся к нам, помахал рукой и… вернулся назад к нам, наблюдающим с почтительного расстояния. Никто на него не напал.

— Любопытно, — Мерикара, да и все остальные посмотрели на меня так, будто видят впервые. У солдат во взглядах читалось опасливое благоговение, а сам властитель и его семья смотрели на меня исподлобья с долей удивления. У его жены даже одна бровь приподнялась.

На шоу пришла его жена, массивная дама, видимо с больными почками, а также малолетние дочь и младший сын со своими воспитателями. Служанка дочки и мужчина, скорее всего, воин-ветеран — при сыне. Есть ещё старший, но он занят, занимает в крепости какую-то должность. Мне его Уарсу показывал.

Только Анхесенамон глупо лыбился.

— Афарэх, на закате ты воспоёшь гимны Упуауту, а завтра отправляйтесь. Ты и Анхесенамон идите за мной. Остальные — отдыхать.

Командующий гарнизоном пригласил нас к себе, чтобы выслушать предложения о том, как подготовить крепость к осаде.

— Вряд ли из-за вашей маленькой шалости нубийцы развернутся, — сказал он с сардонической ухмылкой. — Будет осада. Скорее всего враг будет зол и попытается взять нас нахрапом. Так?

— Будет зависеть от того, насколько мы преуспеем, — Анхесенамон, как я узнал, дальний родственник Мерикара, решил поумничать. Так-то я уже убедился, что он умом не блещет, в нём только доблесть и опыт, больше ничего. Никакой изворотливостью ума или тактическим мышлением он не обладает. Видимо по этой логике нас объединили в команду. Будем восполнять недостатки друг друга.