Забавный ритуал стряхивания первой капли воды на землю, после вчерашнего рассказа ока я уже не считал таким простым. Во-первых, это делается с поминанием имени Имхотепа, а произнося имя, по-египетски«рэн» , мы как бы направляемка через чернила к нему в Дуат, где он будет обитать вечно. То есть таким незамысловатым ритуалом мы обеспечиваем его благополучие в мире ином.

Рахотеп сразу начал обучать Уарсу значению символов, что они означают, как правильно пишутся. Они начали сразу с иератики, упрощённой версии иероглифического письма.

Саптах поступил иначе: он не стал объяснять мне фонетику и семантику, а просто вручил свиток, написанный божественным письмом, то есть иероглифами, и велел перерисовывать все «рисунки» парами, смотрящими влево и вправо. По одной паре каждого вида.

На вопрос: «Сколько раз?» — ответил: «Пока сам не будешь доволен результатом».

И ушёл.

Рахотеп аж рот разинул, а Уарсу не удержался и хихикнул. Он даже испугаться не успел, тут же получил тростиной по спине — учитель принёс это учебное пособие с собой.

— Не зря говорят, что уши ученика на спине, — злобно прошипел Рахотеп.

Я попробовал и так, и эдак, но не очень хорошо получалось. Хват, привычный для ручки и карандаша не подходил для палочки тростника.

Я и раньше писал, ещё в деревне, но не сидел в такой неудобной позе. Точнее, я подстраивался под удобный мне хват, который сейчас вообще неуместен.

— Уважаемый Рахотеп, не покажете мне, как правильно держать калам? — спросил я, набравшись наглости и поглядывая на трость в его руке.

Чужого ученика он бить не решился скорее всего ради того, чтобы Саптах не упрекнул, что он вмешивается в обучение, но и помогать не стал, вероятно, не из вредности, а по той же причине, ради чистоты спора.

Пришлось самому приноравливаться. Опасно закреплять неправильный навык, переучиваться труднее, чем сразу учиться правильно. Хотя, мне ли говорить? Я с трёх лет писал неправильно, теперь, сидя в классической позе писца, я это понимаю.

Я решился на провокацию. Вздохнул преувеличенно печально, выпрямил спину и сказал громко и торжественно:

— Пусть Джехути водит моей рукой! — и приступил к обучению-тренировке.

Ради всё той же провокации из всего списка выбрал первым иероглиф «ка» — две руки, не то указывающие в небо, не то обнимающие. После того, как Саптах мне продемонстрировал, чтока передаётся через объятия, склонен принять второе объяснение.

Откуда я его знаю? Так статуя, которая принимала участие в моём перемещении в новое тело, имела такой символ на голове вместо короны. Да и называлась она именно так: «Статуя ка Гора». Точнее, аутибра Хора, но это просто означает «царь», не имя и не эпитет.