Но обошлось… Походу, совсем скис наш пленник, о бегстве даже не помышлял. Только выспаться один хрен не удалось, это только коты умеют одновременно спать и мониторить обстановку. Ну, и отдельные товарищи, прошедшие горячие точки. Лично я за время командировок этому не научился. Видимо, не обладал нужным талантом.

К вечеру изба наполнилась личным и преданным мне составом, включая Юхтина и Бекешина.

От них я узнал, что кабинет мой остаётся «оккупирован» чекистами, а у дежурного твёрдый приказ «свистать всех наверх», стоит мне только появиться на пороге родного учреждения.

Леонову удалось каким-то чудом дозвониться до вечно отсутствовавшего на рабочем месте Шмакова, втереться в доверие и узнать точный срок приезда питерского начальника ГПУ в Рудановск.

По всему выходило, что это произойдёт послезавтра во второй половине дня.

— Смушко насчёт вас звонил, тоже тревожится, — сообщил Леонов. — Я наврал, что вы вроде как раз к нему поехали, а по какому вопросу — не знаю. И что могло задержать — тоже понятия не имею.

Я вздохнул.

— И что Смушко?

— Разорался, а потом бросил трубку. Сказал, что разберётся с делами и нагрянет в город с проверкой. Бардак, дескать, у нас. Начальники милиции пропадают…

Больше допросов Каурова мы не производили, лишь оформили показания так, чтобы комар носа не подточил. Самый смак — выжимку из протоколов — я решил лично передать товарищу Маркусу, как только тот окажется на городском перроне.

Он меня знает, так что, если повезёт — пообщаюсь с ним тет-а-тет. Убедят его материалы или нет — другой вопрос. Но иного способа переломить ход ситуации в нашу пользу я не видел. Всё оказалось завязано на одного человека. В губернии просто не нашлось иной силы, способной справиться с начальником губотдела ГПУ.

Однако на следующий день всплыли новые обстоятельства: Кравченко тоже не терял времени зря и решил встретить высокого гостя из культурной столицы в Рудановске.

Подготовка шла обстоятельная, во избежание неприятных инцидентов главный чекист губернии приказал расставить на подступах к вокзалу бойцов. Своих людей у Кравченко не хватало, потому привлекли милицию.

Поскольку Леонов оставался за старшему, ему удалось получить схему постов.

— Вот наша зона ответственности, — он потыкал пальцем по плану города.

План был ещё дореволюционный, полуистлевший от плохого обращения.

Я сделал мысленную пометку: как только выпутаюсь из передряги, напрягу картографов или топографов, в общем, тех, кто в этих вопросах «копенгаген». Негоже руководствоваться древними картами.

— С вокзала петроградские товарищи поедут в здание городского ГПУ, — продолжил Пантелей. — Туда вас точно не пропустят. Где их поселят — точно не знаю, скорее всего в гостиницу, но наверняка вокруг будет много чекистов, так что и туда не сунуться без стрельбы.