— Не понимаю… Не понимаю! — покачал головой Жаров. — Хорошо, раз ты ещё и зачем-то и Шакутина приплёл сюда, то как объяснишь тот факт, что он сдал нам Каурова и помог предотвратит диверсию на складах?

— Всё просто, Жаров, хотя, не думаю, что это твоя настоящая фамилия… Кауров слишком заигрался, стал опасным для «Мужества». Его грубые методы дискредитировали организацию в глазах людей. И вы с Шакутиным придумали план, как вывести его из игры, да ещё и с пользой для себя. Здорово придумано, Архип! Надеюсь, имя-то хоть настоящее? — с издёвкой поинтересовался я.

Глаза Жарова налились кровью, но он пока держал удар. Развернулся в сторону латыша и произнёс с ухмылкой:

— Товарищ Маркус, мне кажется, что Быстров болен. Возможно, у него высокая температура, он заговаривается. В конце концов, у него нет ничего, кроме слов…

— Ошибаешься, Архип, — усмехнулся я. — Ты, наверное, забыл, что мы с Шакутиным практически соседи. В общем… этой ночью я поговорил с ним… по-соседски. В этом портфеле лежат материалы допроса, а сам Шакутин сидит у меня в отделении.

Я ожидал чего-то в этом роде, и не удивился, когда в руках у Жарова появился револьвер. Более того, я ждал этой реакции и потому не дал ему пустить оружие в ход. Приём боевого самбо, и стонущий Архип оказался на полу, а его револьвер сменил владельца, перекочевав ко мне.

— Он ваш, товарищ Маркус, — произнёс я, с ненавистью глядя на Жарова.

— Портфель, — потребовал латыш.

— Портфель? А зачем он вам нужен? — удивился я.

— Вы сказали, в нём документы, материалы допроса Шакутина, — недоумённо произнёс тот.

— Это был блеф, товарищ Маркус. Портфель пуст. Да, я задержал Шакутина, но расколоть его не получилось. Пришлось делать хорошую мину при плохой игре.

— Ну и сволочь ты, Быстров! — простонал с пола Жаров.

— Конечно, — улыбнулся я. — Кстати, Кравченко подозревал тебя с самого начала, просто не мог вывести на чистую воду: доказательств не хватало. Он предложил помочь, я согласился. В итоге все вокруг считали, что у нас с начальником губотдела ГПУ чуть ли не война. Мне даже из уголовного розыска увольняться пришлось.

— То есть всё это время вы дурили всем голову? — спросил Маркус и, не выдержав, засмеялся.

Чуть погодя я тоже поддержал его смех.

Делая вид что между нами пробежала чёрная кошка, мы встречались с Кравченко несколько раз на конспиративных квартирах ГПУ. Даже Смушко не подозревал о нашей связи.

Кравченко давно понял, что под него копают: сначала — его заместитель Симкин, когда у того не срослось, подключился Жаров. Эти люди несколько раз подсылали ко мне убийц, включая пресловутого Батыра.