— Лёшик, привет! — сладким голосом пропела она и улыбнулась. — Как жизнь?

— О, а это Алёна Георгиевна, — представила её Тамара Дмитриевна. — Ну ты должен её помнить.

Инспектор Леонтьев будто сжался. Он быстро кивнул, пробормотал «здравствуйте» и отвел глаза, уставившись на документы так, словно пытался прочесть на них санскрит.

Лёшика спасла Тамара Дмитриевна, которая ткнула Алёнушку в лоб, заставляя ту скрыться с глаз долой и не смущать народ.

— А это Егор Викторович. Преподаёт русский и литературу, — продолжила представлять нас всех Тамара Дмитриевна. Я коротко кивнул, стараясь выглядеть как уставший после родительского собрания педагог. — И… Анатолий. Наш школьный охранник.

Толик, уткнувшись лбом в спинку переднего сиденья, просто поднял руку в немом приветствии. Леонтьев поздоровался и с нами, видимо, окончательно сбитый с толку этим калейдоскопом знакомых и не очень лиц. А затем он с явным облегчением вернул документы Тамаре Дмитриевне.

— Ну, всё в порядке. Проезжайте. Только номера у вас грязные, Тамара Дмитриевна. Совсем не видно. Протрите, а то так на каждом посту останавливать будут. Я, собственно, поэтому и сигнал дал — думал, машина безномерная.

— Ой, батюшки! — ахнула Тамара Дмитриевна так искренне, что даже я поверил. Тот, кто эти самые номера и пачкал старательно. — Ну надо же! Совсем забыла! После этих дождей…

Достав из бардачка пачку влажных салфеток, она выскочила из машины и с усердием принялась тереть номерные знаки.

Леонтьев стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу. Его взгляд снова скользнул по салону, по нашим робам.

— Одежда у вас… интересная, — заметил он. — Ремонт?

Тамара Дмитриевна замерла с салфеткой в руке и беспомощно посмотрела на нас.

И тут из окна снова высунулась Алёнушка. Она успела расстегнуть верх робы, являя миру внушительное декольте, игриво поправила волосы и беззаботно проговорила:

— А у нас дресс-код такой, Лёшик. Тематическая вечеринка. Вот сегодня вечер мастеровых: маляры, штукатуры, сантехники. Весело! — она улыбнулась и подмигнула. — Скоро, кстати, будет тема полиции. Хочешь, приеду и покажу свой костюм? Форма, фуражка… Разрешу тебе снять с меня погоны.

Инспектор Леонтьев резко кашлянул, покраснел так, что это было видно даже в свете фар, и сделал шаг назад к своей патрульной машине.

— Ну, я… вы уж там… аккуратнее на дороге. Счастливо оставаться!

Он ещё что-то невнятно пробурчал на прощание и почти бегом ретировался к машине. Наталья Михайловна смерила укоризненным взглядом Алёнушку, а вот Толик, наоборот, посмотрел заинтересованно.