Молодая жрица, связная заговорщиков, что делала она среди болотных племен? Этот вопрос сильно занимал сотника, решившего поговорить с хитрой девушкой наедине.
— Я ничего не скажу тебе, — с неожиданной твердостью заявила жрица. — Ибо знаю свою судьбу.
— Не хочешь — не говори. — Асотль невозмутимо пожал плечами. — Не больно-то и надо. Твои покровители-жрецы просто бросили тебя, подставили, как подставили Подарка… того мальчишку, который должен был следить за мной…
— Что вы с ним сделали?
— Не мы — болотники. Растерзали перед идолом Сиуакоатль, это…
— Я знаю, где это. Болотные твари! Жаль… Парнишка подавал большие надежды.
— Я почему-то так и подумал. Эксцесс исполнителей?
— Что⁈
— Жрецы хотели использовать болотников, но те оказались себе на уме?
— Хитрые и коварные твари! Они и меня хотели… впрочем…
— Ты полагаешь, мы принесем тебе в жертву, Мо?
— Конечно. Что уж об этом говорить?
— Напрасно надеешься! — неожиданно рассмеялся сотник. — Наши жертвы — цветы, ты же знаешь.
— Знаю. Но не верю. Мало ли что болтают?
— А вот убедишься. Знаешь, Мо, я полагаю, будет верным тебя отпустить.
— Отпустить?
— А на что ты нам? Иди своей дорогой и знай: мы не воюем с женщинами! Ну, что сидишь? Дай-ка я развяжу тебе руки… Сипак! Проводишь ее до… В общем, выведи к какой-нибудь тропе или речке. Я бы не хотел, чтобы ты возвратилась к озеру с нами. Думаю, ты и сама этого не хочешь. Ступай.
Молодая жрица поднялась и бросилась к лесу… Но тут же вернулась.
— Что? — усмехнулся Асотль. — Ждешь своего провожатого? Так он там, в лесу.
— Нет… Просто хотела попрощаться… — Подойдя ближе, она неожиданно обняла юношу, потерлась щекой. — Знай, что я… Я не буду ничего говорить, ладно?
Улыбнулась, ушла. Скрылась вместе с Сипаком в лесу.
А ближе к вечеру был устроен пир!
И, как водится, принесены жертвы.
Воины-ацтеки поступили честно, все сделали как и обещали: кто-то пел, кто-то, облачившись в платье Тла-Тла, грязно приставал ко всем подряд, кто-то…
А ночью, при свете луны, настала очередь девушек. И Асотля.
Молодой воин плясал, выполняя данный обет, в окружении красивейших обнаженных дев, одна их которых… Нет, еще не была его законной супругой, но…
Дождя не было, словно бы о том позаботились сами боги, парило, и жаркий влажный пар маревом дрожал в низинах. После танца Асотль взял Звездочку за руку, увлекая за собой к скалам…
И они вместе упали на мягкий мох…
— Тихо, тихо… — жарко шептала Ситлаль. — Мы же с тобой еще не совсем супруги…
— Все знают другое… Любимая…
И казалось, будто бы в целом мире не было сейчас ничего лучше, чем это сплетение гибких молодых тел, бьющиеся в унисон сердца и любовная нега под сенью дрожащего света луны и далеких звезд.