— Друг! Да отзовись же!
Юноша поднял голову: Шочи.
Нет, не хочется никого видеть!
— Шочи… уходи.
— Я только сказать… Боюсь, потом не придется…
— Не говори загадками, Шочи!
— Твой отец… Он умер не сам!
— Я знаю. Его смертельно ранил пленник. Веревка лопнула…
— Веревка лопнула не сама… Ее перерезали.
— Что⁈
— Да! Твоего отца убили! Все подстроили специально. — Шочи, похоже, трясло. — Мне рассказал об этом служка… Мы дружим… Он предупредил, чтобы я уходил… Я больше не нужен храму Кецалькоатля… разве что в качестве жертвы. У них теперь новый верховный жрец, все давно знают… Лишь твой отец…
— Новый жрец? — Асотль удивленно хлопнул глазами. — Вот это новость… Не успели похоронить, как… И кто же он?
— Ты не поверишь! Тесомок!
— Кто?
— Тесомок! Наш старый добрый приятель… — эти слова Шочи произнес с язвительной ухмылкой.
— Но он же еще слишком юн!
— Это и хорошо! Он куда больше устроит могущественных жрецов Тескатлипоки, нежели твой несговорчивый отец! Тесомок уже пригласил многих на пир… И послал самую лучшую в городе сваху… Тебе сказать — к кому?
— О, боги… Неужели…
— Да! К Ситлаль! И ее отец уже ответил согласием!
О, боги!!!
Асотль зашатался, словно пришибленный, показалось, что весь его привычный и родной с детства мир рухнул. Да так оно, в общем, и случилось. И это еще было только начало!
Глава 7 Уэльбек Осень. Санкт-Петербург Но мои соученики! Эти уже были способны на все! Франсуа Мориак. «Подросток былых времен»
С утра снова сжало сердце. В последнее время такое происходило все чаще и чаще. Наверное, слишком уж много волнений, выборы…
Вдруг подумалось — как пуста и банальна до тоски жизнь! Все эти фирмочки, предприятия, Леночка… К чему? Единственное, что осталось настоящего, — наверное, джаз…
Геннадий Иваныч смотрел в окно: неслышно опадали с деревьев последние листья. Поздняя осень… И настроение было такое же — осеннее, грустное.
Впрочем, особо-то грустить сейчас некогда!
Леночка еще спала — он не стал будить, заглотил прописанные доктором Мишей таблетки из красно-синей приметной коробочки, тут же ее спрятал — не хотелось, чтоб Ленка знала о его немощи, тихонько заварил чай — терпеть не мог кофе, уселся на диван с книжкой…
Вроде отпустило… Чуть-чуть…
Ацтеки… Они же — мешики, они же — теночки. Мешики — от имени легендарного предводителя Меши, отсюда и Мехико, Мексика. Теночки — от другого вождя — Теноча, или Теночка… Теночтилан — тоже от его имени.
Зазвонил мобильник, наигрывая «Караван» — известный и любимый многими джазовый стандарт, Геннадий Иваныч нарочно долго не брал трубку, слушал… Потом все же нажал кнопку.