Минут через двадцать поток монстров начинал иссякать. Радостно подумала, что осталось прибить всего три-пять самых ловких, и все будет кончено. Расслабившись, выпустила из вида, что инкуб заставил своих подчиненных уничтожить только одного здоровяка, другой, завидев опасность, бросился наутек. И это была моя ошибка. Большая ошибка.
Огромный монстр появился неожиданно, выпрыгнул на настил снизу, кажется, прямо из морской пучины, и сразу бросился на меня. Успела среагировать, выставила непроницаемый защитный щит. Монстр ударился в него, оглушительный вой раненного зверя огласил окрестности, а отдача оказалась такая, что я невольно сделала шаг назад и, — о, великие стихии — споткнулась о небрежно брошенный кем-то конец швартовочного каната, торчавший из мотка. Концентрация нарушилась, щит рассыпался искрами, полетела навзничь, а раненый, но живой монстр накинулся на меня. Он широко раскрыл пасть, обнажая два ряда острых огромных зубов. Поняла — этот смертельный оскал сомкнется прямо на моем горле. Секунда, и я буду мертва!
Глава 12
Яркий блик, отразившись от смертоносного металла, сверкнул совсем рядом, словно разряд молнии. Кровь монстра, склизкая и тягучая, как та слизь, что вынесло на берег вместе с песком, водорослями и прочими морскими “дарами”, попала мне на лицо, в глаза и даже в произвольно раскрывшийся в падении рот. Успела заметить, как голова чудовища отделилась от тела прежде, чем мой затылок встретился с настилом причала. От резкой боли из глазах полетели искры, в ушах зазвенело, все потемнело, и я провалилась в серовато-бурую темноту.
В шикарно обставленном кабинете за широким и массивным столом сидела женщина. Я уже видела ее. Однажды. Не на яву. Тогда, после странного шторма, что потопил ладью, на которой плыла к эльфам, я видела собрание Великого ковена. Она была той, что жестко объявила о неоспоримости решения прошедшего голосование. Я и забыла об увиденном тогда за всей кутерьмой, что кружила меня, как ярмарочная карусель. Да и честно сказать, не предала большого значения, подумав, что это могло быть навеяно кислородным голоданием. Я ведь тогда едва не утонула…Седовласая и статная, сейчас она выглядела иначе. Постарела. Сильно. Показалось, что она осунулась, плечи ее опустились, взгляд был тревожным, бегающим, между бровей залегла глубокая морщина.
— И это все? — зло прошипела она, откидываясь в сторону лежавший перед ней бумагой. — Никаких других вариантов и соображений нет?
— Нет, больше ничего нет, Властительница, — ответила тихо, стоявшая за спинкой ее кресла рыжеволосая женщина средних лет, сильно напоминающая внешностью мою обительскую подругу Исдин.