Нанитей нашел выход, разглядел ту эльфийку, которая ценила, что в глубине себя он не так кроток и робок, как другие эльфийские мужчины, хоть и оцененность этих его качеств имела специфический оттенок, смог добиться ее расположения и стать первым супругом. И все же, потерпев неудачу в решение каких-либо доверенных ему вопросов, он снова и снова ощущал эту натянутость внутренностей, когда все дрожит и вибрирует от страха.

Перед дверью в спальню своей жены Милатриэль он остановился, сделал глубокий выдох, одернул черный бархатный камзол и только после этого постучал.

— Если это Нанитей — входи, все остальные — пошли вон! — послышался голос супруги из-за двери.

Значит, она его ждет. Плохо, очень плохо. Когда Милатриэль приходилось ждать, она становилась злобной, как настоящая банши, и чтобы успокоить ее имелся только один способ… Сейчас Нанитей был не расположен к подобным свершениям, но понимал — выхода у него, скорее всего, не будет.

Эльф вошел в спальню супруги и тут же напоролся на ледяной взгляд. Милатриэль встала с кресла, в котором сидела, втирая в руки косметическое масло. Нанитей, будучи мужчиной, не смог не отметить как шелк пеньюара подчеркивает округлость ее бедер и остроту сосков.

— Говори! — приказала эльфийка.

Эльф тут же шагнул навстречу супруге и упал на колени, с придыханием произнося:

— Госпожа!

— О, свет великих звезд! Нанитей! — злобно прорычала Милатриэль. — Мы оба прекрасно знаем, что ты не выносишь этих коленопреклонений! А значит у тебя дурные новости! Неужели новая ментерия Нгави выжила?

— Да, госпожа, — не поднимая взгляда, произнес я. — Ее магический резерв оказался значительно больше, нежели было указано в досье Обители.

— А ну-ка встань! — рыкнула супруга. — А Теодосаль? Хочешь сказать он тоже жив?

— Да, госпожа, — ответил, вставая, как было приказано.

Милатриэль вышла из себя мгновенно, зарычала, как взбесившаяся кошка, топнула ногой, сжала кулаки, а потом со всего маха отвесила мужу такую пощечину, что его щека моментально онемела.

— Живы! Оба?! — почти переходя на визг выпалили эльфийка. — Хочешь сказать, я зря потратила магический накопитель? Без всякого прока? Ты хоть представляешь, сколько он стоит? Целое состояние!

— Простите, госпожа, что подвел вас, — Нанитей каялся, хоть и не считал себя в чем-то виноватым. — Навыки владения клинком Теодосаля тоже превзошли то, как о них отзывалась матерь Вилтраниэль. Намного превзошли.

— Не пытайся спихнуть свою вину на женщину! — прикрикнула Милатриэль, и отвесила своему мужу еще одну пощечину. — На носу сбор Великого ковена. Сбор, созванный по нашему прошению! И что мы там скажем? Сестра меня живьем сожрет!