— Насколько нужно, — нехотя отвечает Генрих Олегович. — Ограничен только объемом магии.
— То есть в этих стенах, — Юрий Олегович обводит рукой кабинет. — Ты можешь остановить время хоть навсегда? Ну или хотя бы на ближайшие три-четыре года, пока в этом мире будет существовать магия, правильно?
— Пока магия на территории Академии будет сохраняться в тех же серьезных объемах что и сейчас, да, — без особого удовольствия признает директор. — Примерно так.
— Вооот! — тянет брат близнец. — Значит, есть шансы. Думаешь, пока ты развивался, я на месте стоял?
Глава 3 Вижу семью
— А… — только хочу задать вопрос, но директор меня опережает.
— У моего брата специфический талант, — Генрих Олегович снова морщится.
— Я могу на некоторое время откатывать магические проявления рядом с собой, — улыбается брат-близнец. — Обычно получается откатить на пять минут, иногда на семь. — Как ты понимаешь, эта способность прекрасно помогает и в дуэлях, и при покушениях. Сейчас, к сожалению, уже все знают про этот талант. Забавно было, когда не знали.
— Ага, тебе было забавно, — хмуро соглашается директор. — А вот мне не очень. Особенно, когда меня принимали за тебя.
— Ой, ну ладно, уже столько лет прошло, а ты всё ещё дуешься? — Юрий не скрывает своего удовольствия.
— Мы ещё до конца ничего не выяснили, — напоминает ему директор. — И ты всё ещё не извинился за тот случай.
— Да потому что ничего такого там не было. Ты же справился, — пожимает плечами имперский маг. — Спокойно. Не просто справился, а ещё и неплохо так.
— Не твоими молитвами, — шипит Генрих Олегович.
— Так тебе помощь нужна или нет? — вполне по-доброму, но слегка провоцирующе спрашивает брат-близнец.
— Мне? Нет, — качает головой директор. — А вот им? — кивает на бойца. — Очень даже.
— Будем считать, что выкрутился, — улыбается Юрий. — Могу же я ради разнообразия помочь вам в не совсем законном деле. Лицензии, поди, ни у кого из вас нет.
— У меня, — говорит Константин Иванович.
— У тебя, Пилюлькин, лицензия только на работу с подростками, — со знанием дела замечает имперский маг. — Приближаться к бойцам ты не имеешь права.
— Юр… — начинает Пилюлькин.
— Ой, да ладно, я для проформы. Мне на это, по большому счету, плевать. Делайте, что можете. Если хорошо делать — хорошо будет, — смеётся Юрий Олегович. — А мы не умеем делать плохо, правда же?
— Костя, а ты еще спрашиваешь меня почему? — качает головой директор. — И ведь лет-то ему прилично. Брат, понимаешь ли, старший. — Говорит директор так, словно Юрия рядом нет. — Аж на две минуты старше, понимаешь? Вот поэтому. Ладно. Тебе моя остановка мешает? — спрашивает директор уже у брата.