— Спасибо, не трудись, — опередил я его. — Не курю я.

— Спортсмен? Ну молодец, молодец, — покивал толстяк в притворном одобрении.

Я не ответил ему, упер взгляд в пол.

— Так, а чего ты тут? Чего натворил-то? — Не унимался он. — Ты расскажи, легче станет. Всем легче становится. Уж я-то знаю.

— И всех ты так расспрашиваешь? — Поднял я голову.

— Ну… Мы все тут делимся. Когда ты за решеткой, все это на голову давит так, что ум за разум заходит. Особенно если в первый раз.

— У вас он тоже все расспрашивал? — Обратился я к остальным.

Вмиг в меня уперлись взгляды окружающих.

— Ну, да, — отозвался один из непримечательных мужиков. — Егор — нормальный мужик. Хоть не скучно с ним.

— Во-во, — покивал я. — Меньше перед такими нескучными нужно рот разевать. — Не удивляйтесь потом, что гражданин начальник знает о вас такого, что вы ему сроду не рассказывали.

Мужики переглянулись. Хмурый хмыкнул.

— Ты че, хочешь сказать, что я стукач? — Помрачнел тут же Егор, и голос его стал неприятным и угрожающим.

— Хочу. Так что отвали от меня и даже не заговаривай.

В камере зашептались. Егор наградил меня злобным взглядом. Потом посмотрел сквозь прутья на конвоира.

— Обидел ты меня сильно, дружище, — сказал он прежним простым тоном. — Я б на твоем месте не обижал тех, с кем тебе еще всю ночь сидеть.

— Тебя забыл спросить, — ответил я.

— Ну-ну… Ночь длинная, — снова ответил он холодным голосом. — А шестеркой я никого не позволю себя называть.

— Иди ты к черту, — столь же холодно ответил я и встал.

Потом пересел, опустился рядом с хмурым.

Внезапно дверь в подвал грюкнула и открылась. В КПЗ зашли несколько милиционеров.

— Летов! — Крикнул один из них, подходя к прутьям. — На выход.

— Позвонить дадите? — Снова встал я.

— Погоди ты звонить. Назвонишься еще. Тебя начальник отделения к себе вызывает.

* * *

— Значит, в больничке? — Спросил Седой, откинувшись в кожаном кресле.

— Да, — кивнул Косой и отпил чая. — Летов его отделал не слабо. Но, думаю, к середине недели Михалыч уже будет в СИЗО сидеть. Его давно все менты города шукают. Так просто цацкаться с ним никто не станет.

— И это хорошо, — Седой затянулся сигаретой.

Этим вечером, Косой отправился домой к Ивану Павловичу, почти сразу, как вернулся с Ефремова. Нужно было отчитаться.

— А ты чего Михалыча не добил?

— Не успел. Милиция подкатила и пришлось сматывать удочки.

— Жаль, конечно, что с Кулымом не вышло, — вздохнул Седой. — Ну да ладно. Есть еще у нас варианты. А теперь надо покончить с Михалычем. Ну и наркоту вернуть. Ты, Косой, займешься последним. А я уж с Моголом побазарю. У него в СИЗО как раз друган сейчас сидит. Ждет суда. Пускай Могол на него выйдет. Надо по СИЗО пустить прогон, что Михалыч к ним скоро присядет. Там знающие люди есть. Сразу поймут, что с ним надо сделать.