— А что будет завтра? — Устроив свою коллекцию кассет с музыкой на прикроватной тумбе, я поднял глаза на Петра Ильича.

— Очередная годовщина. Двадцать девять лет вместе. Было бы, если бы она была жива. Понимаете, мы с ней очень любили играть в шахматы в этот день. Вы бы оказали мне большую услугу, сыграв со мной.

— Почему я?

— У остальных я уже спрашивал. В шахматы играете только вы, — улыбнулся старик. — Давайте так. С меня шахматы и что-нибудь вкусное. Собственного производства, с вас соперник для игры в шахматы. То есть вы. Под вечерок м-м-м?

Я прикинул, что завтра вечером у меня было свободнае время. Смена кончалась рано, и я мог остаться дома. Правда, до этого нужно было заехать в одно место.

— Ну что ж, — я пожал плечами. — Я не против.

— Чудесно! — Обрадовался Петр Ильич, — ну тогда до встречи!

С этими словами он вышел из комнаты. Ильич оставил у меня двойственное впечатление: с одной стороны, он казался совершенно обычным безобидным мужичком. С другой же было в нем что-то, что вызывало тревогу. Я прикинул, что общение с ним, возможно, поможет понять, в чем тут дело.

Когда вечером следующего дня мы с Петром Ильичом встретились на кухне, оказалось, что он позвал на свою «годовщину» не только меня.

— Конь ходит буквой «Г», — объяснял он блондиночке с начесом по имени Света, той, которая жила с мужем в первой комнате. — А вот слон, слон…

— Слон по диагонали, — подсказывал супруг Светы по имени Сережа.

— Совершенно верно, Сергей.

Вся компания разместилась за небольшим кухонным столом, в центре которого стояла шахматная доска, полная фигур. Света и Сергей заняли места справа от Ильича, а Валерия Павловна — слева. Одно мое место оставалось пустым.

При этом соседи и хозяйка пили чай. На столе стояла тарелка с оставшимся кусочком пирога шарлотки. Окружающие активно, за обе щеки, потребляли яблочную выпечку, запивая все это дело чайком.

— Шарлотка — просто чудо, Петр Ильич! — Хвалила его Валерия Павловна. — Вроде бы такая простая вещь, подумаешь, шарлотка! А такая вкуснятина!

— Ну-ну, — смеялся Валерий Павлович, — не налегайте все разом. Оставьте и Виктору Ивановичу. А! Вот, кстати, и он!

Все глянули на меня, когда я вошел на кухню.

— Присаживайтесь, пожалуйста! — Позвал Ильич. — Мы оставили вам пирог и чай.

— Петр Ильич испек для нас пирог, представляете? — Обрадованно сказала Валерия Павловна. — Шарлотку с яблоками! Очень вкусную!

— Пожалуйста, садитесь и угощайтесь, — улыбнулся мне старик.

— Нет, спасибо, — сказал я, присаживаясь за стол. — У меня сейчас активные тренировки в спортзале. Кое-какой режим, потому от сладкого я пока что откажусь, извините. Да я в принципе, небольшой любитель сладостей.